Лес на Той Стороне

Князь Велебор был справедлив и дружелюбен, в неурожайные годы никогда не отнимал последнее, давая возможность небогатым родам перебиться. Но вот его не стало, и люди как-то по-новому взглянули в побледневшее лицо старшего княжича. Вся тяжесть ответственности за племя смолянских кривичей невидимо переползала на него, а он был еще совсем не готов ее принять.

— Иди… Избране скажи. — Зимобор посмотрел на дверь избы, за которой была сестра. — И Буяр где-то там. А мы… — Он окинул взглядом лица вокруг. — Собирайтесь, что ли.

Поедем.

Отроки закивали, стали расходиться. Негромко загудели голоса. Зимобор тоже хотел идти, но вдруг увидел возле себя Стоянку. Бледная, со спутанными и кое-как заплетенными волосами, с запавшими глазами, девушка была похожа на тяжелобольную.

— А меня… ночью… мара душила, — прохрипела она. — Мать говорит, следы остались, вот, посмотри!

Она чуть повернула голову, показывая горло, и Зимобор увидел на белой коже несколько синеватых пятен, похожих на следы пальцев.

Увы, это зрелище было ему знакомо.

— Выходит, правда! — Стоянка, одной рукой держась за горло, второй обхватила себя за плечо, словно ей было холодно. — Про твою невесту. А я думала, так болтают…  Значит, правда… Она приходит и душит…

— Возьми ее нелегкая! — Зимобор с досадой вздохнул. Только этого ему сейчас не хватало. — Да там одно название, что невеста! Ей десяти лет от роду не было, когда нас обручили, я ее видел-то один раз. Уж семь лет прошло, как она умерла,  свободен я от нее.

На, возьми. — Он вынул из левого уха серебряную греческую серьгу с мелким красным камешком и вложил в руку Стоянке. — Прости, что так вышло. Я думал, этой весной она не тронет.

Знал бы кто десять лет назад, когда старшего смолянского княжича обручили с дочерью Столпомера, князя полоцкого, что все так выйдет! Тогда все радовались, что стародавнюю вражду наконец удалось успокоить и примирение двух могучих кривичских князей скрепляется родством. Княжне исполнилось всего девять лет, и до свадьбы предстояло ждать еще долго: около трех лет, пока девочка созреет и станет девушкой, еще три года, пока заслужит право называться невестой и получит благословение на замужество.

Зимобор, которому сравнялось четырнадцать, уже считался взрослым мужчиной, а его невеста была просто девчонкой в одной рубашонке, на нее и смотреть-то не стоило. Не хромая, не горбатая, на вид не хуже других. Прочее оставалось делом туманного будущего.