Зов разлома

Тётушка Ненила была единственной, с кем девочка общалась из жителей скита. На все вопросы Хельги она отвечала одно и то же: «Подрастёшь — узнаешь». А вот когда наступит это «подрастёшь» — не уточнялось.

Не прошло и минуты, как перед девочкой появился домовой. В полосатых ночных штанишках и сероватой засаленной рубахе. Хельга и домовой молча уставились друг на друга. Бедолага не мог понять, как он оказался в комнате и что за ребёнок его рассматривает. А вот Хельга с первой секунды поняла, кого напоминает ей местный домовой.

Солнце. Такой же ярко-рыжий и такой же круглый. Настолько, что из него вполне могли получиться два дядюшки Архипа, а может, и больше. Теперь понятно, почему её дом в таком состоянии. И что делать? Так, молча, они и смотрели друг на друга.

Глава 3

Дисклеймер:

Произведение не носит исторический или документальный характер. Все события и герои вымышлены. Славянская культура и обычаи выступают лишь прообразом, от которого отталкиваются, однако произведение не претендует на историческую достоверность.

----------------------------------------------------

Игру в «гляделки» проиграл домовой. Девочка быстро перестала интересовать его, и он забегал по комнате.

— Где же… Я чувствую, что он тут, — бормотал домовой, заглядывая под кровать и шкафы.

Со стороны казалось, что это золотистый мячик катается по комнате. Толстый домовичок явно пытался что-то найти, но это «что-то» не находилось, и толстяк начал ругаться.

— Я тебе устрою!.. Пробраться в мой дом, разбудить среди ночи!.. Ну, погоди у меня! — бубнил он, продолжая поиски.

Так и не дождавшись нужного внимания, а вместе с ним и уважения к себе как к хозяйке дома, Хельга тоже рассердилась, ловким движением схватила домового за шиворот и подняла на уровень своего лица. Теперь она могла рассмотреть его получше. Домовой был высоким (около семи вершков). На курносом лице, как одуванчики в поле, рассыпались веснушки; серые глаза смотрели нагло и сердито.

— Ты что, девка, белены объелась?! — домовой вспылил от столь беспардонного обращения. — Я княжеский помощник — одно моё слово, и ночевать не в хоромах будешь, а в овине.

Никогда за свою жизнь Хельга не слышала подобного от домовых. В скиту каждый чётко знал своё место и дело. Кто на кухне помогал, кто по дому убирался, кто на скотном дворе работал, кто за детьми присматривал, а кто и мелкую нечисть от домов отгонял.