Солнце Нави

- “Да только не больно мне ему верится…”

— Приведи его этим вечером, - продолжал Кащей. - Да не рассчитывай, что в стороне останешься за все эти годы.

Едва сгустились сумерки, слуга улучил минутку, когда Беловзор не спал ещё, а Бессмертный не был занят ничем таким, что требовало бы всего его внимания, и привёл мальчика в ту светлицу, где давеча они с владыкой разговор вели.

"Снова каменья отбирает", - не без сожаления подумалось Ворону. - "Никогда сам не отвлечётся от этого занятия".

— Владыка? - позвал он. Кащей поднял голову.

Взглянул на вошедших равнодушно.

— Оставь его и ступай, - бросил он и склонился над работой, точно не считал нужным отложить её. Взял собственноручно сделанную (как, впрочем, и все другие инструменты для того дела) щёточку, смахнул невидимую никому кроме него пыль.

Ворон вздохнул, подвёл мальчика к столу, погладил того по спине да вышел.

Беловзор не издал ни звука. Ничего не требовал. Он поглядел сперва на слишком высокий для него стол, затем окинул взором светлицу, подыскивая что-нибудь подходящее.

Взгляд сам собой остановился на том ларце, куда Кащей скидывал каменья с изъянами. Крышка была закрыта, так что мальчику не хлопотно было забраться наверх. Стоя на коленях, он держался руками за дубовую столешницу и внимательно наблюдал за движениями рук Бессмертного. Тот скосил на него очи. Беловзор не нарушал тишины. Глазёнками неотрывно всматривался в камень.

"Не больно-то тяжело с ним", - подумал Кащей. Отложил адамант, взял покоившееся рядом кольцо с пурпурным камнем и отогнул стальным клинышком крепления, державшие самоцвет, да аккуратно вынул его маленькими щипцами.

— Тата, - тихо позвал Беловзор. Бессмертный сперва решил, что померещилось ему.

Мальчик осторожно, но не слабо ухватился ручкой за свободный рукав Кащеева платья. Тот остановился, свёл брови. Взглянул на мальчишку.

— Мозна? - не слишком отчётливо выговорил Беловзор и указал на только что отложенный Бессмертным адамант.

Кащей с ответом не спешил. Мельком сравнил форму камня и оправы и покачал головой.

— Нельзя, - твёрдо сказал он.

Мальчик досадливо вздохнул, уложил голову на руки. Но уходить не стал.

Бессмертный перемену эту увидел, малость поразмыслил. "Расстроился, однако шуму не устраивает", - приметил он. Краешек уст дрогнул. Затем Кащей встал, наклонился к княжичу.

— Беловзор, - окликнул он мальчика. Тот задрал светлую голову. - Спустись.

— Зачем? - полюбопытствовал тот.

"Ни капли страха ни в голосе, ни в лике", - Бессмертный диву давался.