Ландскнехты

Посмотрела снизу-вверх, и тьма была в ее очах. Кровь зарезанной «малой» так и не высохла из-за выступившего пота. Элизабет провела кончиками пальцев по черно-красным разводам, будто рисуя загадочные символы. Медленно стянула перчатки, палец за пальцем, чуть закусив губу. Сиффи уже не мог сдерживаться, дыхание вырывалось из его груди шипением и громом водяного молота. Однако юноша боялся двинуться - словно самый ничтожный жест мог развеять магию, превратить обольстительную красавицу и весь шатер в туман, призрачную фата-моргана.

Лицо Элизабет белело в полутьме, а глаза наоборот, светились зеленоватым огнем, отражая свет масляной лампы. Баттенберг провела по лицу виконта тонкими нервными пальцами, едва касаясь, поднимая накал чувств молодого человека до совсем уж запредельных высот. С нежной требовательностью взяла его за руку и положила себе на грудь...

..Рука зверски болела. Удар вышел «счастливым» - повредил лишь кожу да мышцы, скользнув по костяшкам, и не задев основные связки и суставы. Однако Швальбе отлично знал, что и такие раны заживают плохо, медленно.

Слишком уж нежные и тонкие это инструменты - человеческие пальцы. Самое меньшее - месяц-другой брать правой только ложку. А возможно придется переучиваться под левшу.

Но он жив! Der Todt[19] промахнулся на толщину шпажного клинка, хотя казалось, что - все. А пальцы... что пальцы - мазью навазюкать, чистой тряпкой обвязать, дальше все в руце Господней. Захочет - и через неделю Швальбе снова помашет оружием в учебном бою с Мартином (чьи уроки Гюнтер пообещал себе заучивать куда тщательнее прежнего).

Захочет - и антонов огонь сожрет руку или вообще сведет бравого капитана в могилу.

Ехали неспешно, без фонаря - огромная молочно-белая луна освещала путь не хуже десятка факелов. Погони не опасались - преследовать ночью трех лихих бойцов при пистолетах рискнул бы только безумец. На самом деле, куда больше опасностей ждало ландскнехтов дальше, в Дечине. Сколь ужасен окажется гнев Сушеного Вобла и какие практические формы тот гнев примет - Гюнтер старался даже не загадывать.

Чего не случилось, того и нет в природе. Случится - тогда и будет время думать.

Конские копыта шлепали по вязкой грязи, похожей на густо замешанную кирпичную глину. Луна отражалась в частых лужах. Обочина сливалась со стеной деревьев, а те, в свою очередь, смыкались с темным небом. Редкие звезды мерцали в далекой выси, но свет их гас в противоборстве с луной. Серебряный круг в черных небесах - и больше ничего.