Серебряная герцогиня

Он притянул девушку к себе, целуя, и она поддалась. Целовал долго-долго, а затем оторвался и встал.

– Джайри, ты – лучшее, что есть во мне. Просто оставайся собой. И люби меня.

– Что?

Но Уль не ответил, направился к дверям.

– Ты говорил, что Лэйда может поднять бунт, – вдруг вспомнила Джайри.

Король обернулся, приподнял тёмную бровь.

– И поэтому я её убил, чтобы эта неприятность побыстрее случилась? Вот прям, чтобы до моей коронации успеть?

Рассмеялся и вышел.

«Он говорит правду или лжёт?» – думала Джайри, снова откинувшись на подушку и глядя в потолок.

Это ложь или правда? С Ульваром никогда нельзя быть уверенным наверняка. И ей вспомнился другой человек. Тот, с кем наоборот можно было быть уверенным.

Джайри всхлипнула.

– Шэн, – прошептала с горечью, – Шэн, я не понимаю, почему тебя нет? Если ты жив, то почему тебя нет до сих пор?

Она обхватила подушку и расплакалась. Горько и беспомощно. И ей показалось, что кто-то незримый мягко коснулся её волос и прошептал: «Я же обещал. Сделаю и приду».

***

Дьярви проснулся в прекрасном настроении. Рука почти не болела, немного ныла, но её уже не дёргало. Ему всю ночь снились прекрасные сны. В них Дьярви спас короля на поле боя, закрыв своей грудью. А потом в одиночку разгромил целый отряд врагов. Кем были враги, парень не помнил, но их было много, и вместо лиц у них были свиные хари. Противники жутко визжали, когда Дьярви выпускал в них – одну за одной – нескончаемые стрелы.

«Ты один стоишь всего моего войска!», – сказал король, вытирая благодарную слезу.

И тотчас назначил Дьярви капитаном. На свадьбе с Серебряной герцогиней парень как раз и проснулся. Джайри даже во сне смотрела на него своим насмешливым взглядом чуть свысока. И всё же утренняя эрекция чутко отозвалась на томительные грёзы.

Дьярви простонал и счастливо уставился в низкий потолок.

Юдард побери! Как же хорошо…

Ему было немного стыдно, но… Юноша вскочил и прошёл в душ. Когда он спустился вниз, его уже ждал плотный завтрак. За окном было ещё темно и шёл дождь.

Дьярви принялся с жадностью есть, вспоминая события вчерашнего дня и тщательно вырезая из них девушку, смущавшую его целомудрие.

С ним вчера говорил сам король!

– Ваш отец – Домар сын Гаэтана? Да, помню его. Очень суровый воин.

И лёгкая усмешка. Король словно понял всё, абсолютно всё. Даже то, что Дьярви бежал из дома.

– Не могу представить, чтобы горец не владел умением стрелять без промаха, но капитан Ференк обязан проверить ваши умения.