Штабс-капитан Круглов

Игнат мотнул головой, указывая на усыпанную травой землю, у себя за спиной.

— Тот ему большую роль отвел. Вот и выходит, что поперек него твои-то пошли.

— А тебе и досталось. Слушай… — Говорливый толстяк вновь глянул на Сергея. — а ты мне нравишься. Молодец. Другой бы уже пять раз с катушек слетел. Возись потом, а ты ничего, крепкий. Хотя и атеист. Но, сам пойми, ничего не могу… надо.

Пока занятый разговором собеседник отвлекся, Круглов осторожно передвинул висящее на плече оружие под локоть и медленно, почти незаметно, загнал патрон в патронник.

Наконец, решив, что терять уже нечего, он ткнул ствол себе в подбородок. — Не угадал. — Рявкнул он, нащупывая пальцем курок. — Фиг вам, а не якудза.

— Тебе ведь не тело мое, тебе душа требуется. А не выйдет. Если не договоримся, нажму курок и привет. Слово офицера.

— А ведь и правда, нажмет. — Медленно, словно разговаривая сам с собой, произнес Игнат. — Вот паразит…

— Ну что с тобой сделаешь? Чего ты хочешь?

— Раз иначе нельзя, хрен с ним… — Сергей сильнее сжал цевье винтовки, — нужно переселять, переселяй, только в русского.

Пойми, не смогу я…

— Да ты и помнить ничего не будешь. Наоборот, навыки кое-какие останутся, умения. Какая тебе разница?

— Нет, я сказал. — Отрезал самоубийца. — Или так, или никак. Мне терять нечего.

— Хорошо, хорошо, ладно. — Поспешил успокоить Игнат шебутного клиента. — Погоди. Русский, говоришь? Ага. Сейчас, гляну. А что, пожалуй. Есть такой. Третьего дня хунхузы его на Сунгури в плен взяли. Он в Манзовке сидит.

Кстати, однофамилиц, тезка твой оказался. — Чуть удивился посланник. — Его власти сюда послали с этими вот узкоглазыми воевать, а он сам в плен попал. Жить ему всего ничего осталось. На минуты срок пошел. Пустячный человечек. Промелькнул, и нет его.

— Значит, если я его вместо тебя в японца…, а твою сущность в него, ничего и не поменяется? Уговорил. Решили. Но это в последний раз. Не вздумай больше ничего выкинуть. Три-четыре.

— Кто он такой, откуда? — зачастил Сергей, понимая, что время на исходе.

— Военный?

Однако Игнат не ответил. Его фигура внезапно вздрогнула и начала растворяться в воздухе, превращаясь в струйку белесого дыма. Туман скользнул над сломанными ветками порыжелых кустов и накрыл своей пеленой Сергея. Ненужное теперь оружие мягко выпало из рук потерявшего сознание человека.

«…Пусто, пусто и холодно. Тоскливо и невыразимо грустно. -Остатки, обрывки коротких как крик мыслей.- …Оленька, милая, прости, я ведь приехать обещал"..