Тмутараканский лекарь

Он рассудил так, что если информация не подтвердится, то нет смысла зря беспокоить хана, а если в разговоре с Содваком он заметит что-то неладное, то воины помогут сопроводить возможного предателя к Сакзю. А там пусть сам хан решает, что делать дальше.

К обиталищу Содвака они приехали ближе к полудню. Он жил в дальней юрте на границе владений ханов Бегубарса и Осалука. Сурьбарь и Костук сразу направились прямиком в юрту, а Куман пошел осмотреться вокруг. Хозяин, коренастый половец средних лет, встретил гостей с наигранным добродушием, обнажая в улыбке свои гнилые зубы: «Всегда рад видеть таких дорогих гостей на моей земле.

Пусть солнце всегда освещает ваш путь днём, а луна – ночью. Что привело вас ко мне?»

- Да будет небо благосклонно и к тебе, Содвак. – ответил Сурьбарь.– Я слышал, что ты приобрел отличного коня, на котором раньше сам хан Тарх разъезжал. Нас послал к тебе Ченегрепа – ему нужен такой конь для предстоящих торгов в Сугдее. Ты можешь выгодно его старику продать. Покажи нам скакуна и, быть может, мы у тебя его сразу и купим.

- Какой такой конь? Не было у меня никакого коня! У меня есть только мои старые лошадки, но на них много монет не заработаешь. Вы только зря проделали такой путь. Ну что ж, выпейте хоть кумысу с дороги. Моя жена с детьми у своей матери и не сможет вас угостить, но мои слуги постараются.

- А что это у тебя за конь недалеко от юрты пасется с клеймом хана Тарха? – вмешался в разговор подошедший Куман.

- Ах, этот… Я и позабыл совсем, – хлопнул себя по лбу Содвак и отвратительно засмеялся.

– Меня же им совсем недавно сам хан наградил за верную службу. Наверное, я просто ещё не успел к нему привыкнуть… Хорошо, пойдемте, покажу вам его.

Они все вместе подошли к загону, где паслось четыре лошади, и среди них – великолепный белоснежный конь, на задней ноге которого было заметно клеймо в виде сокола – знак хана Тарха.

- Не хотел бы я прощаться с таким красавцем, – сказал Содвак, – Но ради здоровья и процветания моего старого знакомого Ченегрепы могу вам его уступить за двадцать золотых динаров.

- Двадцать динаров?! В своем ли ты уме, Содвак? – возмутился Костук. – Да за двадцать динаров мы можем купить всех твоих лошадей.

- Не горячись, брат! Мы согласны на твою цену, Содвак, только если в придачу с конем ты продашь нам и бывший кинжал Тарха с самоцветами, – уверенно сказал Сурьбарь.

- Ах, вы уже и про кинжал знаете, – протянул Содвак. – Хорошие же у вас осведомители.