Зимний Виноградник

Зато Швальбе громко фыркнул, кивнул, как человек первым разгадавший трудную загадку. Мирослав непонимающе глянул на капитана.

- Ты, дружище, будто не видал ни разу, как пьяница пытается завязать, - покровительственно сообщил Гюнтер. - Сказать «больше не пью» легко. А вот сделать… Когда в глотке сухо, как в пустыне, а башка гудит колоколом… Всего лишь капельку, ну разве ж от одного глоточка плохо кому станет, в бутылке ведь того зелья даже коту напиться не хватит. А затем в костер лучше не отливать, не то струя полыхнет.

- Се муж достойный и речи его мудры, - церемонно произнес вампир. А нахцерер склонил голову, учитывая фактическое отсутствие шеи, получился жест одновременно и комичный, и удивительно благородный.

- Жажда человечины для того, кто ушел на ту сторону своей природы, почти непреодолима, - очень серьезно пояснил витико. - Чтобы превозмочь ее…

Он умолк, зажмурившись и кривя страшную рожу, словно переживая заново давнее чувство. Люди молча переглянулись, подумав одно и то же - а ведь перекинувшееся чудище, должно быть, по сию пору испытывает вожделение к запретному.

Оно изнуряет, шепчет на ухо, травит душу, как жажда вина или золота. Но страшнее, ярче, глубже… К чести капитана и сержанта, они шаг назад не сделали, за оружие даже невзначай браться не стали, пусть и очень хотелось.

- И ты смог, - тихо спросил колдун.

- Нет. Я не смог. Оказался слишком слаб. Мне помогли. Себе на горе.

Воцарилось долгое молчание. Плескали волны, орали речные чайки, плюхалась, играя, рыба.

..

- Ну что, все излили душу и утолили неуемное любопытство? - недружелюбно спросил вампир. - Может делом пора заняться?

- Предлагаешь начать штурм здесь и сейчас? - фыркнул капитан. - Чтобы нас перестреляли как уток? Вы бы, многоуважаемый, определились, на чьей стороне!

Витико издал странный звук. Наверное, хихикнул, догадался Мирослав.

Инкогнито смущенно развел руками:

- И снова прошу прощения, господа! Я все же специализировался на несколько иных занятиях в жизни.

И... в другой жизни.

Швальбе подкрутил ус, искоса глянул на сержанта.

- Помнится, когда-то под Дюнкерком встречал я жителей одних далеких, очень восточно-северных земель. У них еще прическа как у турков. Так они говорили, что захватывать такие вот корабли - легкая легкость. Можно подплыть под водой, дыша через соломинку.

Мирослав скривился, словно ему в кружку мимо доброго пива щедро плеснули выдержанной конской мочи.