Шаг в сторону

Парень был здоров, но и Гавел удался человеком дюжим, незадачливый стражник и вякнуть не успел. Сержант придержал оседающее тело за плечи и аккуратно уложил мордой в кусты.

Дверь тихо скрипнула. Не заперто, и то хлеб… В церкви царила кромешная тьма, но полоса лунного света, упавшая наискось, выхватила из мрака поставец с оплывшими свечами. Повозившись с огнивом, сержант затеплил одну свечку и взял в руку. Затворил дверь и поднял свечу повыше, осматриваясь.

Ничего необычного в церкви не оказалось. Ни намалёванных кровью пентаграмм на полу, ни сатанинских письмен на стенах, ни тем более какой-нибудь мастерской колдуна – со зловещими склянками, черепами и чучелом зверя какодила под потолком.

(Гавел поднял свечку повыше, но своды терялись в непроглядных тенях). Над алтарём висело распятие с деревянной фигурой Христа. Сержант шагнул ближе, подняв было свободную руку для крёстного знамения… Застыл.

У Спасителя не было глаз. Кто-то жестоко вырубил, оставив поперёк лица зарубку, топорщившуюся свежими щепками.

Обезображенное лицо Христа напомнило слепого чародея Йохана.

Та-ак… Гавел огляделся. Потом вышел на середину церкви и поднял свечку повыше, медленно поворачиваясь на месте и не сводя глаз с лепестка пламени. На миг язычок дрогнул и наклонился слегка вбок. Откуда-то тянуло лёгким, холодным ветерком. Положив ладонь на рукоять, сержант двинулся в ту сторону… И остановился у приоткрытой низкой дверцы, за которой уходили вниз ступени каменной лесенки. Подвал.

Один из первых уроков, которые уяснил для себя сержант – в такие места нельзя соваться в одиночку.

Сюда бы привести всю роту… Но если они дадут знать, что разгадали секрет церкви, из села их живыми не выпустят.

Ну-с… Если пан колдун так забывчив, что не закрывает за собой двери – не получится ли снести ему лысую башку, пока он корпит за столом над свитками, или что у него там? Эх, сейчас бы капельку Мирославова зелья для ночного зрения!..

Неслышно ступая, Гавел спустился в подвал. Свеча уже почти растаял, но, по счастью, у самой лестницы сержант углядел тяжёлый кованый шандал с несколькими огарками.

Поочерёдно запалив все, он обернулся – и протяжно вздохнул.

– Так… – прошептал он. – Ну не ёб же ж твою мать, а?

Подвал оказался невелик. И выглядел старше самой церкви: стены сложены из бугристого дикого камня, пол вымощен каменными плитами как бы не римских времён. И не было тут ни стола, заваленного колдовскими рукописями, ни самого пана колдуна – вообще ни души.