Дело воды

На мгновение подумалось, что нехорошо бросать в руках врага меч — последнее, что связывало с прежней жизнью. И тут же Митидзанэ ощутил, что — нет. Меч — это правильно. Сегодня от прежнего отрока из Рокухара не осталось ничего. Он переродился окончательно, он сделался созданием ночи, которое не нуждается более в игрушках смертных.

Луна, принявшая Учителя к себе, выползла из-за туч, проливая на дорогу серебро. Лес успокоился. Каждый корень снова служил опорой, ветки, казалось, сами убирались с дороги.

Митидзанэ приближался к хижине — к месту своей второй прежней жизни, которая тоже оборвалась сегодня. Он уже чувствовал — монах там. И с ним... что-то непонятное. Начиная с того, что Митидзанэ не мог даже различить, зверь это или человек.

Это было... странно. Человек от животного на взгляд того, чем он теперь стал, отличался как день от ночи. Кровь оленей или волков не давала насыщения, не содержала души.

Но животные были... теплыми. А холодным, холодней ночного неба, мог быть только человек — или они, такой как он сам.

Из они Митидзанэ знал только Учителя — но на Учителя это совсем не походило...

Юноша ускорил шаг. От Учителя он знал, что демоны не всегда дружны между собой. Учитель мог пасть жертвой не монаха, а кого-то посильнее.

Но в таком случае этому "кому-то" он сам — на один зуб.

Учителя он увидел первым. Он лежал на краю поляны, свет луны отражался от снега и казался тут особенно плотным, жирным. Белый снег, почти не истоптанный. И красных пятен на нем немного... несмотря на то, что голова Хакумы торчит наискосок в трех широких шагах от тела. Она не упала так. Отнесли и поставили. Нарочно.

Митидзанэ стиснул пальцы, преодолевая гнев. Не сейчас. Нужно рассмотреть получше двух других — тех, с кем придется биться — или от кого убегать.

Ну, первый — это понятно, Бэнкэй, цепной пес Куро. А вот второй...

Человек? Все-таки человек, не они?

Он что-то тихо говорил Бэнкэю, сидя на снегу так же непринужденно, как сиживал, бывало, Учитель.

Юноша пригляделся и ахнул про себя. Этого седобородого старика, все время носившего маску Самбасо, он не раз видел при дворе. Придворный гадатель Абэ-но Ясутика.