Трон Знания. Книга 2

Неужели проблема с деторождением коснулась не только ориентов, но и климов?

Через поля и сады тянулись полосы мрачной пущи, иначе не назовёшь плотно, без единого просвета прижатые друг к дружке тёмно-коричневые деревья. Ствол — вдвоём не обхватишь, ветки толстые, листья синие, большие, как повёрнутые к небу ладошки. И как бы ни шалил ветер, ветви и листва не колыхались.

— Это пьющие деревья, — объяснил Тиваз. — Во время дождя вбирают влагу. Когда наступает жара, отдают влагу земле, а сами становятся хрупкими, как высохшая скорлупа ореха.

Если бы не пьющие деревья и водоросли, которыми климы удобряют почву, народ давно бы вымер.

— А ещё они пьют время, — добавил Мебо.

— Наслушался бабских бредней? — неожиданно окрысился Тиваз.

— Но это правда! — упорствовал Мебо. — Деревья сажают вплотную, чтобы человек не втиснулся. Тот, кто войдёт в посадку молодым, выйдет стариком.

— Не выдумывай! — рявкнул Тиваз и хлестнул коня Мебо плёткой.

Как-то Адэр заметил лежащих в поле людей: щекой к земле, глаза закрыты, руки раскинуты.

На вопрос: «Что они делают?» — Тиваз ответил: «Молятся». «У вас нет храма?» — «Встреча с Богом важнее места встречи».

В углу кухни всегда стояло блюдце с молоком, но Адэр не видел в посёлке ни собак, ни котов.

— Где ваша кошка? — поинтересовался он.

— Сбежала, — ответила Разана, наполняя кружки душистым цветочным чаем.

— А молоко зачем?

— Пусть стоит, — буркнула она и вернулась к плите.

Валиан посмотрел жене в спину, придвинулся к Адэру и прошептал:

— Видать, лунатить начала.

Ночью молоко выливает и не помнит. А потом говорит, что кошка приходила. И снова наливает. — Придвинулся ещё ближе. — Пока в посёлке моранда, коты и собаки не вернутся, зуб даю.

Адэр не верил в сказки — ему казалось, что его намеренно запутывают и запугивают, — и решил больше ни о чём не спрашивать. Но увиденное взрывало мозг.

Сосед свалился с крыши. Упал плашмя, аж земля ухнула. А мужик встал как ни в чём не бывало, отряхнулся и вновь полез по лестнице на крышу.

Мебо заехал себе по пальцу молотком и даже не поморщился.

Палец на глазах краснел, опухал, синел, а страж продолжал ремонтировать забор перед заброшенным родительским домом. И только за ужином, заметив сине-багровый кровоподтёк, удивился: «Где это я?»

Разана опрокинула кружку с горячим чаем себе на колени, переодела халат и продолжила завтракать.

Однажды ночью Адэр проснулся и не нащупал рядом с собой зверёныша. Первая мысль: свалился с раскладушки. Адэр перегнулся через край — на полу пусто.