Трон Знания. Книга 2

Маркиз Безбур попытался пошутить:

— По древним поверьям, битву выиграет тот, у кого самый большой алмаз. Я верю в поверья. А вы?

Стефан рассмеялся:

— С кем вы собираетесь воевать? Не с Тезаром ли? Я вас умоляю.

— Этот алмаз мы назовём «Магнит», — проговорил сухощавый человек с обветренным лицом. — Он притянет десятки таких алмазов.

Стефан скроил снисходительную мину:

— Уважаемый советник рудников и котлованов! Я верю в одно поверье: деньги липнут к деньгам. Камни к камням не липнут.

К Адэру подошёл Гюст.

Склонившись, что-то прошептал. Адэр кивнул и откинулся на спинку кресла.

— Малика Латаль, — объявил секретарь.

Продолжая сидеть, мужи повернулись к двери. Прихода опального советника явно не ждали. Дамир пытался подметить нечто странное, настораживающее в поведении Адэра и Вилара. Взглянул на Малику и сдался. Сдался в плен плебейке, которая по нелепой прихоти высших сил родилась не во дворце, не в замке, а в какой-то лачуге.

Ни украшений, ни пышной причёски.

Серое шёлковое платье до пола. Глухой ворот, длинные рукава. Свитые колосом пряди волос лежали на одном плече и, спадая с груди, покачивались в такт шагам. И глаза — чёрные зеркала…

Вспомнив о приказе могущественного покровителя, Дамир покосился на друзей. На лице Вилара обострились скулы. Изогнув бровь, Адэр смотрел на Малику, словно видел её впервые.

Дамир бросил взгляд на единственное свободное место за столом. Опальный советник сядет по правую руку правителя? Это более чем странно.

Малика извинилась за опоздание и, расположившись в кресле, тихо спросила:

— А где обещанный алмаз?

Адэр взял бокал:

— Предлагаю выпить за моего тайного советника Малику Латаль.

К этому точно никто не был готов!

В начале правления Могана тайным советником был Трой Дадье. Знающие люди рассказывали, как направо и налево летели головы дворян, как отнимались титулы и земли из-за мизерной взятки, из-за липового документа, из-за неосторожного слова. Как с позором уходили в отставку члены Совета.

Трой плёл интриги, выуживал информацию, претворял в жизнь самые безумные идеи. Он тайный, он Бог! Он сделал себя и создал Великого, он сотворил Тезар, оставаясь долгие годы в тени. Но это Трой, герцог Дадье, а это — Малика, безродная плебейка.

Дамир не знал, на кого смотреть: на окаменевших советников, на побледневшего Вилара, на пунцового Стефана. Или на Малику — на ледяной алмаз, которому не нужна огранка.