Трон Знания. Книга 2

— Его нельзя отдавать Шедару. Он будущий хазир!

— Ну а мне-то какое дело?

— Если вы даруете ему жизнь, он никогда этого не забудет.

Адэр сверкнул глазами:

— Когда ты успела забыть, через что мы прошли?

— Вы прослывёте милосердным правителем.

— Плевать я хотел на пустые имена. — Адэр надел туфли, перекинул через плечо рубашку и брюки. — Парень! Идём!

— Прошу вас, подумайте! Вы не из тех, для кого мелкие личные интересы важнее сострадания.

Адэр вдавил палец Малике в грудь:

— Я требую, чтобы мелкие личные интересы правителя ты ставила выше безграничной жалости к подлецам и подонкам.

На суде ты будешь вести себя как справедливый судья, а не как плаксивая девица. И проголосуешь, как хочу я, а не как хочет твоя сердобольная душонка. Ты поняла? Не слышу ответа.

— Да.

Адэр открыл дверь.

— Каждый раз, когда я говорю вам да, внутри меня кричит нет, — произнесла Малика. — И чем чаще вы требуете от меня да, тем сильнее моё нет. Рано или поздно оно возьмёт реванш. Оно разрушит моё единство и станет моей тёмной частью.

Не надо меня ломать!

— Ты сама себя ломаешь.

Безжизненная тишина поглотила звук шагов Адэра и недовольное ворчание Парня.

***

Утро на удивление выдалось солнечным и тёплым. Откуда-то взялись горластые стайки пичуг и тучки назойливой мошкары. Из влажной земли к небу потянулись травинки.

По непонятным причинам Иншвид не захотел идти на суд. Его провели в соседнюю с залом Совета комнату. Проверив, плотно ли закрыта дверь, он подошёл к окну и, кусая губы, уставился на осыпающийся сад.

Словно повинуясь его безжалостному взгляду, вдруг поникли травинки, шар насекомых разорвался в лохмотья, пташки вспорхнули и растворились в промозглом небе. Замок овеяло дыханием угасающей осени.

Иншвид посмотрел на часы, уселся в кресло и вонзил пальцы в колени.

***

Никто из советников, за исключением Крикса, Анатана и маркиза Ларе, не знал, через какой ад прошли Малика и Адэр. Заседатели собрались в этом зале, чтобы судить Иштара за неоднократное нарушение границы Порубежья, за содержание бандитского лагеря и пособничество в похищении людей.

Однако в нынешней ситуации слово «судить» имело искажённый смысл. Всё, что требовалось от советников, это создать видимость справедливого суда и одобрить выдачу виновного хазиру Ракшады.

Орэс Лаел с чрезмерным спокойствием пролистывал бумаги. Иншвид отказался присутствовать на судебном разбирательстве, чем облегчил Лаелу задачу.