Семена магии - 3

Теперь мужчина сам стал задумываться над тем, а всегда ли его супруга покидает дом ради посещения библиотеки? Ну не может же женщина целыми днями просиживать за книгами в пыльном помещении?! От подобных мыслей Суруш стал нервничать и плохо спать, что вскоре заметила Кирс.

– Уважаемый муж, – как-то утром обратилась она. – Спешу известить тебя, что наши совместные усилия по обзаведению потомством принесли вполне определённый плод, – и пальчик женщины легонько постучал по её животу. Довольно скоро мы не сможем часто заниматься тем, что в последние месяцы происходило почти каждую ночь.

Поэтому, если ты случайно вспомнишь свою молодость и так же случайно окажешься там, где тебе быть не положено, то я нисколько не огорчусь. Специально я следить за тобой и не собираюсь, поэтому, прошу тебя, и сам не страдай необоснованной ревностью.

– Дорогая, – начал Суруш, – я так рад случившемуся…

– Ну и замечательно, – отрезала Кирс и стала одеваться к завтраку…

– Отец, ты хотел с нами о чём-то серьёзно поговорить? – Берхард и Матис вошли в кабинет Евпла.

– Закройте дверь, чтобы сюда случайно не забежали дети, и усаживайтесь поудобнее… Надеюсь, вы неоднократно задумывались над случившимся в Дербенте? – и, дождавшись утвердительных кивков, Евпл продолжил. – Это не ваша вина, конечно же, если только позабыть о том, что вы сознательно пренебрегли охраной, которой я вас обеспечил.

Парни опустили глаза.

– Ну-ну, не тушуйтесь. Я в ваши годы тоже не был образцом благоразумности.

Проблемы не столько в том, что ошибки совершаются, а в том, делаются ли из случившегося правильные выводы.

– Мы не будем больше пренебрегать твоими словами, – искренне пообещал Матис.

– Будете… такова человеческая природа. Но позвал я вас не для того, чтобы произносить нравоучительные речи.

– А для чего? – спросил Матис.

– Научить не перебивать старших!

Матис опять уставился в пол.

– Я планировал подобную беседу провести с вами лет так через десять-двадцать, – уже спокойно продолжил отец, – но вижу, что если подобные случаи будут повторяться хотя бы раз в пять лет, то в итоге мне и говорить-то ни с кем не придётся.

Евпл встал, прошёлся в задумчивости по кабинету, а сыновья смотрели на него не отрываясь и опасались произнести хотя бы слово. Затем он вернулся на своё место и продолжил:

– У меня есть одна тайна… о ней знают ещё лишь три человека… надёжных человека, которые не предадут никогда.