Семена магии - 3

– Да, – кивнула Дарья. – Именно это мне сказал человек, заслуживающий доверия.

– Так вот, – продолжила Иотапа. – Она действительно вышла замуж на кузнеца. Сейчас твоя сестра живёт в некотором отдалении от города на пастбище, где разводят лошадей, а её муж там же работает кузнецом и изготавливает подковы, и другие необходимые для дела вещи.

Дарья с радостными слезами бросилась на шею женщины.

– Ну-ну… спокойствие. В твоём положении не следует идти на поводу эмоций, – образумила та. – Уж поверь многодетной матери.

Поезжайте туда, но потом обязательно возвращайтесь…

Путь до пастбища занял пару дней, и вот Дарья уже обнимается с сестрой и обе плачут навзрыд. Рядом стоит Евпл и не знает, что ему надо делать в такой ситуации. В конце-концов, молодые женщины успокаиваются и Хуршеда начала рассказ:

– После того, как ромейские солдаты ушли, мы прожили в нашем полуразрушенном доме несколько месяцев. Потом я познакомилась с Сэрошем, который помогал восстанавливать соседнее домохозяйство. Через полгода он предложил выйти за него замуж и уехать в Шахин.

Я согласилась с тем, чтобы отец поехал с нами, ну а через год он умер от какой-то внутренней болезни.

Сёстры опять заплакали, обнимая друг-дружку, а после повествование продолжилось:

– В городе заказов было мало, а беженцев – много. Мужу предложили работу здесь, на что он и согласился. Да и не очень-то хотелось жить в доме, где умер отец. В Шахин муж приезжает очень редко, и лишь для покупки хороших кузнечных инструментов, которые невозможно сделать самому.

В последний приезд ему сказали, что какая-то молодая женщина ищет свою сестру, вышедшую замуж за кузнеца. Подробности совпали. Опять начались рыдания и снова потекли слёзы…

В домике при кузнице Евпл и Дарья прожили две седмицы. Сёстры всё не могли наговориться и каждый день вспоминали подробности прежней жизни. Дарья звала Хуршеду и её мужа Сэроша в Антиохию, но те лишь отнекивались – жить среди ненавистных им ромеев совершенно не хотелось.

Евпл всё это время следил за тем, как ухаживают за лошадьми и, даже, помогал в меру сил.

Но вот пришло время расставания и сёстры еле смогли отойти друг от дружки, понимая, что видятся, скорее всего, последний раз. Повозка ехала по равнине, Дарья глядела назад и всё махала и махала на прощание платком, и слёзы ручьями текли по её щекам.

В Шахин молодая женщина приехала совсем разбитая, и заботливая Иотапа лишь бубнила, что та не думает ни о себе, ни о будущих детях.