Ночь Улу-тойона

– Не думаю, что для того, чтобы пить с когда–то молодым китобоем в его каморке, – Иглейн снова пригубил виски.

– Сколько Вам лет, Джон?

– Двадцать один. Будете писать историю моей жизни?

– Удивительно, мне столько же, а вот ведь как всё повернулось, – Пол смотрел на собеседника почти что с восхищением.

– Что сказал редактор, когда давал задание?

– Сказал пойти и разобраться, – Пол уставился в свой стакан, отложив блокнот на стол, – Он сказал, что слышал, что Вы сошли на берег после возвращения “Северной звезды” в порт.

Вместе с Вами сошёл также Рон Фицджеральд, но его отыскать мне не удалось.

– Он уехал, сказал, что купит делянку в Каскадных горах и позабудет про море, – немного мечтательно улыбнулся Иглейн, – А я вот да, скоро мне 22, а я заработал только лишь эту лачугу да седину на голове. Виски, подаренный мне Грэмом Смитом, и тот заканчивается. А сошли мы на берег, и что с того? Что за интерес у газеты?

– Мистер Сайрус Говард сказал, что у берегов Аляски стряслась какая–то история, которую интересно будет узнать нашим читателям.

И что в этой истории как раз участвовали Вы и мистер Фицджеральд, сошедшие на берег со шхуны. Как я понял, это была история крушения. Вы, и мистер Фицджеральд… – тут он запнулся, – Ну, то есть Вы уже сказали, что Ваша шлюпка потерпела крушение, а не корабль. Я не так понял, прошу меня простить.

– Интересно узнать читателям, – матрос смаковал виски, задумчиво глядя куда–то в сторону грязного окна позади журналиста, – Ну, раз интересно, задавайте свои вопросы, мистер Ирвинг.

***

Север монументален. Такую глупость говорят те, кто им восхищается. Но это всё лицемерие. Так обычно судят те, кто о севере знает лишь по рассказам тех, кому посчастливилось вернуться. Здесь же, посреди ночи и завывающего бурана ты не чувствуешь монументальность севера, ты ощущаешь лишь его беспощадность.

Ещё так говорил старый Говард в порту Нью–Йорка, куда молодой Джон Иглейн сбегал из дома, чтобы посмотреть на корабли.

Могучие исполины, какими они тогда казались, притягивали его и дарили надежду вырваться из рук чудовищного города. Тогда будущий моряк ещё не знал, что убежав от одного чудовища, непременно попадаешь в лапы другого.

И точно также говаривал капитан китобоя “Северная звезда” Джон Гаррис, единственное, что он всегда добавлял: “И эта монументальность рождает чудовищ.