Ночь Улу-тойона

Но Бог собрал нас всех здесь затем, лишь чтобы мы могли истребить их!”

Теперь каждую ночь бывшему матросу “Северной звезды” являются вопросы, на которые он не может найти ответа: “Что ты будешь делать, когда окажешься на незнакомом берегу? А если перед этим твоя шлюпка будет пару раз перевёрнута штормом? А если тебя засыпет снегом, и сам ты в Арктике?” Да, он пережил всё это наяву, и наяву он бы спокойно ответил на всё это, но не во снах.

Там китобой снова оказывался в хижине какого–то старика–инуита. Он смотрел на полуживого Фицджеральда, смотрел на опытного Бэнкси, даже на противного Хитона – и не понимал, как можно выбраться оттуда, где они все оказались.

По уставу он должен был слушать Фицджеральда, но тот находился в беспамятстве – его хорошо потрепало во время шторма. Место командира занял Бэнкси – именно он довёл их всех из лодки до этого домика. Но вот Хитон ещё – этот тоже старается, чтобы его слушались, по крайней мере, этого тупого Мёрдока уже переманил на свою сторону – хотя, вроде бы, они и так были друзьями.

Если про историю жизни Джона Иглейна кто–то вздумал бы написать книгу, то у неё был бы очень банальный сюжет. Рождённый в Нью–Йорке он быстро остался без родителей посреди трущоб. Но, к счастью, рядом с трущобами был порт, а в порту всегда нужны были рабочие руки. Когда эти руки стали достаточно сильными, чтобы держать весло и ставить парус, Джон пошёл служить на корабль – это было большое торговое судно, плавающее во Флориду и на Карибы. Затем был пассажирский пароход между Гаваной и Новым Орлеаном, а потом он решил податься на север и поступить на службу к китобоям.

Так, или почти так, он и оказался сначала в Сан–Франциско, а затем уже и на “Северной Звезде”, корабле, который уходил на север. Поговаривали, что капитан искал Белую Ночь – легендарного белоснежного кита, которого иногда видели у берегов Аляски и Канады. Говорили, что этот кит потопил по меньшей мере два китобойных судна, а ещё успел улизнуть от ещё не менее шести кораблей.

И ведь правда, Белая Ночь встретился с “Северной Звездой” очень быстро – и то ли капитан продал душу Дьяволу, то ли его вело особое чутьё, но факт остаётся фактом: кит был загнан, шлюпки спущены, а Мартин Мёрдок вонзил гарпун в спину Белой Ночи.

Но дальше людям перестало везти: быстро почернело небо, резко стал крепчать ветер, хлопьями пошёл снег, заволновалось море – всё было так, будто кит проклял китобоев, настигших его.

Ночью перед всем этим Джон видел, как Хитон выходил из каюты капитана.