Морская инквизиция: Мир колонизаторов и магии

- Друзья! Прекрасные сеньоры и сеньориты!

На этом месте его высокопарной речи я оглянулся, ища глазами прекрасную женщину, но её нигде не было видно. Среди пленников ходил слух, что её уже выкупил муж, вернувшийся из Перу, и забрал отсюда. Что же, ей повезло не слушать этот пафосный бред, в ожидании своей судьбы, и, скорее всего, смерти.

- Кабальеро и падре!

Ооо, нас тоже включили в это список, какая честь, и всё, наверное, только ради денег. Цинизм двадцать первого века и англосаксонский диктат научили уже каждого россиянина с подозрением относиться к сладким речам и бесконечным обещаниям всех и каждого.

В красивую обёртку мало кто верил, а доверие уже шло как отдельный бонус, который невозможно было купить ни за какие деньги, а только обрести, по крупинкам собирая свою репутацию.

Вот и слова этого щёголя, за спиной которого стояла толпа вооружённых пиратов, мало тронули моё сердце, да и, судя по глазам падре Антония, его тоже.

- Данной мне выборной властью и каперской грамотой, я иду вам навстречу и…

Голос его поднялся на два тона выше и, видимо, усиленный магически, внезапно загремел в ушах у каждого, вонзаясь острыми кинжалами слов прямо в черепную коробку, резонируя через кость.

… и предлагаю вам, любезные испанцы, выкупить себя в ближайшие три дня! Если этого не произойдёт, то я буду вынужден пригласить вас на наши корабли и привезти на Ямайку, где вы будете проданы, как рабы. Если, конечно, вы сможете перенести все тяготы плавания до неё.

И он улыбнулся хищной улыбкой, обнажив мелкие острые зубы хорька.

Толпа ахнула, осознав, что её мучения не остались в прошлом, а только видоизменились, грозя окончиться ещё более печально, чем они начались.

- Но сердце англичанина не камень, - снова продолжил Морган, перестав улыбаться и перейдя к строгому деловому стилю, - у меня есть для вас приятная новость. Мы торопимся, и потому береговое братство решило снизить сумму выкупа на… скажем… ммм… Да, на целых десять процентов!

- Оооо, любезные испанцы, это огромная скидка, просто огромная, - услышав гул разочарования, повторил он, - не стоит так огорчаться, я иду вам навстречу, можно сказать, бегу, а вы… неблагодарные! У вас есть три дня, не больше!

И, резко развернувшись, он махнул рукой своей разнородной свите, дав знак идти обратно, сверкнув напоследок бриллиантами драгоценных перстней на длинных пальцах.

Толпа пленных женщин и мужчин зашумела, обсуждая услышанное. Мы вдвоём подавленно молчали.