Молоко лани

– Он скачет не на коне, а на петухе ростом повыше меня. У него очень длинная борода, и мне даже показалось, что она живет своей жизнью. Каждую новую луну удды собираются в его дворце на джэгу. В его доме много унаутов и пленников, а в саду – дивных животных. Некоторые из них – заколдованные люди.

– Мэзгуащэ не сказала тебе, как победить его?

Я покачала головой, а потом вспомнила, что небольшую подсказку богиня мне все же оставила:

– Она сказала, что во мне есть разум и пламень, и умом я расплавлю камень.

– Это же из сказания об Ашамезе, – встрепенулся Канболет, до того слушавший меня будто без особого интереса.

– Может, в сказанье есть подсказка? – утонил Нурби.

– Вряд ли. Ашамез собрал других нартских богатырей[5], они спустились в преисподнюю и спасли красавицу. Из всего этого в нашей истории есть только красавица, – Канболет многозначительно посмотрел на меня, и я не поняла, издевается он или серьезно.

Вдруг в наш разговор вмешался Джамидеж, который стал куда менее общительным после того, как мы воссоединились с Нурби и Канболетом:

– Карлик хитер. Вам нужно быть хитрее.

– Всего-то, – понуро буркнул Нурби.

– Сокрушаясь о своей нелегкой долюшке, вы точно ничего не добьетесь, – съязвил альп.

Нурби бросил на него взгляд, в котором мелькнула ярость. Я его понимала. Мне тоже было непросто привыкнуть к тому, что со мной припирается конь.

– Давайте для начала поспим? – предложил Канболет.

Стоило ему это сказать, как я почувствовала, что жутко вымоталась. С самой встречи с Мэзгуащэ я двигалась только вперед, движимая желанием как можно скорее найти Нурби и Канболета. Я почти не ела, держась на одной лишь энергии, которую давала очищенная волшебным гребнем вода. Опасность, исходившая от всего в этом лесу, лишь подгоняла меня. А теперь, добравшись до брата, оказавшись в относительной безопасности, я смогла расслабиться, и мое изможденное тело потребовало отдыха.

– Кому-то стоит постоять на страже, – заметил Нурби, глядя на Канболета.

– Давай полночи я, потом ты? – предложил тот.

Она они будто совершенно забыли о моем присутствии. Мне стало обидно.

– Я тоже могу сторожить. Вы наверняка устали.

– Нет, Сурет, – мягко сказал Нурби, – это мужское дело.

Его ответ мне не понравился, но я слишком устала, чтобы спорить. Мужчины стреножили своих лошадей, мы разложили потники на земле и легли.