Молоко лани

– Отец любит жизнь! Он должен погибнуть в славной битве, а не от глупой болезни!

Я схватила альпа за морду и уставилась на него, будто пытаясь таким образом убедить его в своей правоте.

– Я не пойду туда с тобой, Сурет. И я умоляю тебя тоже не идти. Одумайся, девочка моя.

Я замотала головой, отказываясь принимать то, что говорил альп. Мой последний союзник отвернулся от меня.

– Я верила тебе! Я полагалась на тебя. И теперь, когда цель так близка, ты предаешь меня?!

– Я хочу спасти тебя, но разве могу я сделать это против твоей воли?

– Тогда уходи! Если не хочешь идти со мной, уходи прочь с глаз моих! Не хочу тебя больше видеть, предатель!

Джамидеж тяжело вздохнул.

Совсем по-человечески. В этом вздохе я услышала его боль, но я не дала ей пронять меня. Разве могла я простить предательство?

– Возьми три волоса из моего хвоста. Если передумаешь, сожги один из них, и я приду к тебе на помощь.

– Не буду, – я отпустила голову коня и отошла назад на несколько шагов.

– Пожалуйста, Сурет.

Сделай это, и можешь ненавидеть меня.

Я неохотно подчинилась, движимая все еще живыми во мне любовью и уважением к альпу, который столько раз помогал мне. Вытащив из ножен кинжал, я срезала три толстых волоса и, завязав в узелок, спрятала в одну из сумочек на поясе. После я вытащила из перекидных сумок мешок с припасами, закинула его за спину и, отвернувшись, двинулась в сторону тропинки посреди сосен. Я не стала прощаться с Джамидежем. Он этого не заслужил.

– Я буду ждать твоего зова до последнего, Сурет, – сказал мне в спину альп.

Я обернулась. Он стоял на том же месте, низко опустив голову и уши. Джамидеж выглядел одиноким, печальным и старым. Но это зрелище лишь еще больше разозлило меня. Сам отвернулся от меня, а делал вид, что это он – жертва. Я отвернулась и ускорила шаг. Пусть даже никто не поддержит меня, я спасу отца. Чего бы это ни стоило.

Сосны росли куда плотнее, чем я предполагала. Ветви обхватили меня, будто чьи-то холодные руки. Острые иголки царапали кожу, как ногти.

Я закрыла лицо локтями, чтобы защитить его от порезов, и двинулась вперед. От ощущения касаний было жутко. Ветки цеплялись за одежду и мешок с припасами, мешая идти. Я с трудом протискивалась через этот коридор неприветливых растений. А он все не кончался и не кончался. Я обернулась назад, но дороги не было. Деревья закрывали путь, закрывали небо, я осталась совсем одна в полумраке. Дыхание ускорилось, и рука вспотели. На меня накатил страх.