Наследник огня и пепла. Том IV. Конфликт интересов

Только росла горка со всякими, на вид очень многообещающими штуками, про которые Эфест веско сказал “некромантия”, и отложил в сторону. Что делать с этим, пока было непонятно.

Отсюда, где я сидел сейчас, открывался хороший вид на Ченти. Что неудивительно, иначе не было бы смысла ставить тут форпост.

Городок был выстроен прямо на вершине гористой возвышенности. Места там было немного, поэтому домики стояли друг к другу даже плотнее, чем в Орлином гнезде. А вот для угловатого замка в Ченти места хватило. Или денег. Ченти был обнесен стеной — верный признак богатства.

Стена была не очень высока, всего метра четыре. Но крутой и обрывистый склон, который надо было преодолеть, чтобы добраться до стены, делал эту высоту вполне достаточной.

Внизу стояли полуразобранные домики — долгобороды разбирали их на дерево, для костров и строительства осадных щитов и башен. Поля стояли неухоженные, некоторые фермы сгорели.

Я вспомнил похожую картину, которую оставили после себя наёмники Гонората. А потом передо мной промелькнуло множество схваток : немного растерянные, но сосредоточенные лица горцев, мелькающие рядом с моим конём, удивлённое лицо Риалто под нелепой маской, оскаленная рожа демона, искаженное яростью лицо предателя в тёмном переулке, испуганное стражника, подсвеченное горящими розами, и спокойное лицо Магны, так похожее на моё.

..

Я встряхнул головой, отгоняя непрошенные образы. Прошёлся немного, и машинально глянул на запястье, ожидая увидеть там привычные часы. А вместо этого не увидел даже знакомой руки.

И на меня вдруг, ни с того ни с сего, как будто что-то навалилась. Внутри стало тяжело дышать, а снаружи как-то слишком свежо, хотя был ещё полуденный зной. И в глазах слишком много влаги... Я выпрямился и уставился на Ченти, стараясь глубоко и размеренно дышать. Что это ещё за “панические атаки” на ровном месте?.. Мне сейчас некогда!

К тому времени, как я немного продышался и успокоился, Анн закончил инспекцию, и подошёл ко мне. Тоже посмотрел на город, и спросил :

— О чём думаешь, Золотой Змей? — он всегда произносил “Золотой Змей” с изрядной долей иронии.

Непонятно, что его забавляло больше — то, что я золотой, или то, что я змей.

— О смерти, — ответил я. И тут же попытался перевести разговор на другую тему. Махнул рукой, указывая на строящуюся осадную башню. — Тебе не кажется, что она низковата, слишком широкая и чересчур длинная?.. Вроде, ты говорил, что она уже почти закончена. Она похожа на осадную башню, но…

Я замялся, подыскивая слова.