Свита падших богов: путь в Тир

Оно погасило все раздоры, к тому же как раз такой помощник ему и нужен. Работа предстоит долгая, тяжелая и даже грязная, но зато он узнает всю подноготную Олимпа. Геркулес тоже, но он половины не поймет, а тому, что поймет – никогда не сможет найти применения. Это здорово – помощь от самой Гекаты, например, Аполлон не принял бы никогда. Слишком она себе на уме.

На краю сознания беспокоила еще одна мысль. Аполлон сосредоточился – нельзя отмахиваться от интуиции. Ага… мальчишка, который видел их схватку и даже помог развести огонь.

Его должен был поймать этот толстяк-жрец Аполлинор. Поймать и доложить. Доклада не было. Значит, не поймал. Значит, проблема сохраняется.

– Бранх! – громко крикнул он.

Ответом была тишина, сменившаяся шуршанием.

– Кто там? – снова закричал Аполлон. – Мне долго тебя звать, идиот?

– Папа, ты ж его в Италию отправил, – несмело ответили из передней. – Забыл?

– Тогда ты, Мегарай. Иди сюда.

Говоривший вышел на свет. Несвежий хитон, волосатые толстые руки, буйная шевелюра, плавно переходящая в топорщащуюся бороду.

В бороде – какие-то крошки, одна сандалия наполовину расстегнута.

– Отправишься в Сирию. Нужно кое-что выяснить.

– Куда?

– В Сирию, болван. К людям.

Мегарай пожал могучими плечами.

– Ладно. Чего там надо?

– У меня есть доверенный жрец, Аполлинор. Я ему кое-что поручил, а он замолчал. У меня времени разбираться нет, так что вот тебе его браслет, дуй к нему, нагони на него страху и выясни, чего он там телится. Потом сразу ко мне, доложишь.

Все понял?

– А что поручил?

– Кое-кого найти.

– Кого?

– Не твое дело, понял!

Мегарай шмыгнул большим носом.

– Понял. Нагоню страху, выясню, доложу.

– Приступай.

* * *

Огромное озеро ходило волнами. На него старались не смотреть – волны были странными, и это было страшнее всего. Они закручивали водовороты, поднимались и снова опадали, разбегались в разные стороны, нависали над берегом – и тут же исчезали. То тут, то там вдруг поверхность успокаивалась – словно по ней растекались лужи масла, но через мгновение все начиналось заново.

Испуганной и галдящей толпы уже не было, и Аполлон снова нехотя признал, что в этом велика заслуга Гекаты. Ну да, фактически она возложила на него вину, но она же и поставила простое условие. Если он, Аполлон, ну и Геркулес под его руководством – приведет все в норму, то и вопросы о вине и самоуправстве будут закрыты, и, соответственно, он будет без вариантов объявлен Верховным.

Вдруг что-то изменилось.