Гроза. Когда бушует стихия

Сколько ещё сидеть придётся? Интересно, половцы подошли уже к городу или тоже погоду пережидают», - думал Святослав в начале второго дня непогоды. 

К вечеру метель утихла… Черниговский князь стоял на пороге своей походной палатки и любовался чистым звездным небом. Звёзды были крупные, казалось, протяни руку и достанешь любую из них. «Интересно, а там кто-нибудь живёт?» – вдруг не ко времени подумал он. Ещё некоторое время, полюбовавшись красотой зимней ночи, Святослав дал команду собираться в путь. 

За два дня снега намело изрядно, дружина Черниговского князя с трудом пробиралась по глубокому пушистому снегу, но город был всё ближе и ближе.

Наконец, перед уставшими и замёрзшими дружинниками предстал Переяславль. Люди повеселели, подтянулись, да и кони пошли быстрее, почуяв близость населённого пункта. 

Встреча братьев и воинов была бурной и радостной, никто пока не думал о том, что вскоре, многих из них не будет в живых, полягут за землю Русскую. А может, и думали, но двум смертям не бывать, а одной не миновать – умереть за Отчизну каждый считал счастьем.

Через день разведчики донесли о приближении кочевников. Город замер в ожидании…

---------------------- 

Слово своё Илья сдержал, всю дорогу до Переяславля половцам не было никакого житья. Атаки пограничников происходили и днём и ночью, ни один воин не мог даже отойти по нужде в сторону от главных сил, не став жертвой нападения русских ратников. Во время этих бесконечных вылазок половцы потеряли более двух сотен воинов, пятьдесят процентов шатров и юрт, не говоря уже о многочисленных раненых.

У пограничников был один обмороженный и трое раненых. 

К Переяславлю Шарукан подошёл злой и раздражённый, в безумстве ярости готовый крушить не думая, всё подряд; его войско, наоборот, было напугано и утомлено.

Хан приказал ставить лагерь, а сам, с небольшим эскортом, направился на осмотр города. Переяславль предстал перед половцами засыпанный снегом и обледенелый. И было в этом его виде что-то устрашающе-пугающее, а над городом низко нависли тучи, словно угрожая Шарукану.

Хан зябко поёжился, и страх липкой волной накатил на всё его естество, но он отогнал от себя скорбные мысли. «Это от усталости и от нервов», - подумал глава рода Шаруканидов.

Кочевники объехали город вокруг, никто их не окликал и не задавал вопросов, за стенами будто все вымерли, но половцы ощущали на себе колючий и враждебный взгляд многих пар глаз.