Меч, Корона и Посох. Часть I "Меч"

Понемногу у Эйрента начало складываться представление о касторианстве, которое он расширял и углублял.

Но большую часть времени он или пропадал на улице, или же плавал в озере как один, так и в неизменной компании кого-нибудь из своих кузенов. За последнее время он очень со всеми сдружился, хотя бывали и ссоры. Но благодаря его способности не принимать всё близко к сердцу и находить компромиссы эти ссоры быстро сходили на нет.

Как-то раз к ним в гости приехали родственники из Адамастеуна. Это были дядя Нериан с Селенисом и Дарьялой и тётя Медея, сестра Латоны, с детьми Дорианом и Клименой, которые оказались её средними детьми.

Все поселились в доме Гамильтонов, и подобную суматоху и возню с заселением, устройством и жизнью гостей Эйрент увидел впервые за недолгое время жизни дома. Но он был рад, что в одной с ним комнате временно живёт Дориан Астреит Обелинг, его адамастеунский кузен. Эйрент на всю жизнь запомнил вечера и порой даже ночи в компании Дриадена, Селениса и Дориана, которые они все вместе проводили за беспечной болтовнёй, шутками, и даже страшными историями.

Естественно, он много времени проводил с кузенами, познакомив их со Святомиром и Герионом. Все вместе они проводили время, болтаясь по улицам Ихтитеуна.

Однажды они возвращались с одной из прогулок. Подходя к дому, Эйрент почувствовал на себе чей-то взгляд и остановился. 

— Что там? — спросил его Селенис.

— Не «что там», а «кто там»! — послышался сверху издевательски-насмешливый голос.

Мальчики подняли голову: на заборе сидел известный всей округе хулиган, как он как-то нагло представился,  Дронгер Гедринит Блейтон. От его выходок страдали все — и дети, и взрослые. Самой невинной из его так называемых шуточек было навалить камней на дорогу и гоготать, наблюдая, как все там спотыкаются. Говорили, что с ним даже отец Бикарей провёл беседу, но безрезультатно.

— А, это ты, ненормальный из двадцать четвёртого дома? — продолжал Дронгер, когда Эйрент поднял голову, чтобы посмотреть на него.

— Что смотришь? — продолжал выродок.

— Осторожнее, — шепнул ему на ухо Дориан, увидев, что Эйрент подался вперёд и сжал кулаки, — не ввязывайся.

­— Что, язык отсох? — последовала новая издевательская фраза негодяя.

Тут Эйрент услышал свой голос, как будто со стороны:

 — Ты бы последил сам за своим языком!

Вслед за этим послышался свист, и братья еле успели увернуться от камней, посыпавшиеся на них.