Меч, Корона и Посох. Часть I "Меч"

Эйрент великодушно велел им разойтись по домам. Несмотря на всю неприязнь Эйрента к Соргину, Молору и Бунтелу, это были его одноклассники, и Эйрент не мог поступить иначе.

На следующий день Соргин робко отвёл Эйрента в сторону и попросил дополнительно позаниматься с ним математикой. Соргин рассказал, что он всю ночь не спал и прокручивал свою прошлую жизнь. В конце концов, ему страстно захотелось покончить с разгильдяйством и заняться учёбой всерьёз. Подробно объяснив Соргину решение некоторых задач и уравнений, Эйрент увидел, что голова у Соргина на самом деле на месте, и что ему действительно надо взять себя в руки и начать заниматься.

— Ну, ты и объясняешь! — заметил Соргин Эйренту по окончании занятий. — Даже Хорстон… госпожа Хорстон так не умеет.

Они продолжили заниматься так вплоть до конца триместра. Ипатия помогала Соргину в мэгляндском языке и литературе, Тиамин — в основах истории Мэглянда.

Дни шли своим чередом за днями. Удвоенная нагрузка по мэгляндскому языку, другие уроки, дома помощь родителям и возня с Флореной, Арлином и Раймоной.

В конце Месяца Туманов (ноября) госпожа Хорстон выдала всем табеля успеваемости. Эйрент был удивлён, получив свой: он увидел, что закончил триместр на «отлично» и «хорошо», тогда как был уверен, что по мэгляндскому языку он получит максимум «удовлетворительно». Одновременно весь класс изумился оценкам, которые получил Соргин: это были сплошные «хорошо».

Между триместрами были короткие пятидневные каникулы, и четвёртый «третий» класс был очень рад такой передышке, особенно Эйрент. 

Как-то раз, вернувшись домой с прогулки, Эйрент увидел дома незнакомую женщину, разговаривавшую с его родителями. Те улыбались.

— Эйрент, это госпожа Дуйлейтон, — представила её Латона.

— Вы мама Соргина? — догадался Эйрент. 

— Да, Эйрент, — подтвердила женщина. — Я пришла, чтобы сказать тебе спасибо, что спас моего сына. И что помог ему с математикой.

— Да не за что, — смутился Эйрент. — Соргин сам меня попросил позаниматься…

— Значит, мой сын не безнадёжен, — смахнула слезу госпожа Дуйлейтон. — Думала, что его не возьмут в Спецлицей…

— Конечно, не безнадёжен, — успокоил её Рендом. — и ваш сын поедет потом в Спецлицей, вот увидите!

— Спасибо, — с чувством сказала госпожа Дуйлейтон, поднимаясь и двигаясь к выходу. 

— Может, чаю? — предложила ей Латона.

— Нет, спасибо, — отозвалась та.