Огни Медного острова

И не поспоришь: попробовали разок, так ведь их больше, снаряжены получше и друг за друга встанут, привыкли за столько веков. Никогда наша Аполлония не встала бы вровень не то что с Энгоми – с ближайшими к Медному городу селениями, которые даже стен не имели.

А потом владыке Айгюпты захотелось взять остров под себя...

– И вы послали дары, сказали "вот они мы, приходи бери"? – проговорил звеньевой Урцукертанарис.

"Вольные кинжалы" рассмеялись, и Сорока один из первых.

– Не быть тебе владыкой Черной земли.

И даже архонтом Аполлонии не быть. Тому же басилею Нериону сколько раз прямо говорили: отдай долю, медью и скотом, чтобы мы могли вести хозяйство и крепко жить, а не выживать на грани голода. За это ахейцы принесут Энгоми клятву верности, и если вдруг Медному городу понадобится войско – Аполлония даст воинов, сколько надо, столько и даст. Хоть в море, хоть на суше.

– Отказал?

– Сделал вид, что не слышит. Морда спесивая. Мол, к чему мне ваши голодранцы, у меня воинов вдосталь.

И даже когда приперло, когда весть пришла – готовится вторжение! из Айгюпты, где воинов больше, чем в Аласии козопасов! – Нерион звал на помощь всех, до кого докричаться мог, обещал долю в добыче... и ничего сверх того. Много в таком сражении можно взять добычи, а?

– Смотря кого добудешь, – заметил Цирнаттавис, – вот с некоего Сороки можно взять и золотишка, и камней самоцветных...

На этот раз "вольные кинжалы" хохотали долго и искренне.

– Тарденне, ты великий военачальник, – наконец проговорил Эритросфен.

– Уже догадался, а?

– Я-то догадался, но ты все равно рассказывай.

До последнего архонты Аполлонии надеялись, что получат ответ. Ответ "да", короткий торг насчет размеров "медной доли" и межи дозволенных ахейцам пастбищ, и войско Аполлонии явилось бы под Энгоми, чтобы копьями и мечами защищать этот ответ, основу будущего благополучия города и народа. Двадцать сотен ахейских копьеносцев, взойдя на весы воинской удачи, вполне могли превратить поражение в победу.

Чье поражение? Того, кто даст ответ.

Они с охотой поддержали бы спесивца Нериона, переломи он свою гордыню и дай "младшей родне" получить свой кусок лепешки с медом. Они без тени сомнений поддержали бы чужака Яхмоса, если бы тот оказался к ним благосклоннее данайской родни.

До последнего архонты Аполлонии, собрав фратрию и держа наготове корабли, ждали ответа: куда и к кому вести подмогу. Не дождались.