Таёжный родник

Петро громко сглотнул и обернулся вокруг. «Приглаженные» сосны и лиственницы тянулись на много сажень и даже версты вокруг. Огибая гиблую топь и ровным ковром устилая холмы дальние поддернутые голубой дымкой.

- Ёёёёкарный бабаааай… - только и смог произнести он, завороженный причудливым природным явлением – Это кто их так?

- Может сразу так и были? – тоже сглотнув предположил Данила – Человек такого не натворит. Да и незачем…

За спинами их раздался еле слышный шорох. Вслед за этим, звук похожий шаг по грязи и щелчок взводимых курков.

Данила обернулся первым и тут же выругавшись уронил флягу. За ним оглянулся и Петро. Кровь от щек его отхлынула и все лежачие сосны в сравнении с увиденным, показались ему делом простым, обычным.

Покрытый жидкой, зловонной грязью. Тяжело и хрипло дыша, за их спинами стоял Тарас. В руках он сжимал ружье Данилы, взглядом сверлил обоих сразу. Лицо его было бледным, под глазами темнели синюшные, явно нездоровые круги.

- Ну че, гаврики? – шагая боком и не опуская оружия, пробасил Тарас – Кто из вас меня грохнуть хотел?

Оба попятились назад, к обрыву.

Данила замер на самом краю, едва не упав. Так и остановился, чувствуя ногой пустоту.

- Мы… - покачал головой Петро опасливо глядя в темноту стволов – Да мы тебя спасать шли, ей-богу, Тарас!

- Я ВСЕ СЛЫШАЛ! Натрепали вы тут знатно! – перебил его Кузнецов, вычищая пятерней грязь из своей бороды – Как раз на пару дырок в бошках ваших пустых! – он вскинул ружье выше, упер приклад в плечо и без шуток прицелился в лицо Данилы.

Положил палец на спусковой крючок и потянул, однако, выстрела не последовало.

Вместо этого, Тарас вдруг надулся лицом, жилы на его лбу вздулись. Еще миг и его вырвало. Поток черной жижи вперемешку с водорослями плеснулся на высохшие, осенние травы.

Петро сделал было шаг вперед намереваясь выхватить оружие, но тут же снова попал на прицел.

- СТОЯТЬ СКАЗАЛ! – сдавленно прохрипел Тарас, тряхнув ружьем.

Когда Петро вернулся на место, Кузнецов снова с недоумением поглядел на то, что вырвалось из его рта.

Задышал глубоко и отрывисто, в глазах его мелькнул страх, растерянность.

Вместе с этой гримасой, в голове Тараса проскочила догадка. Жуткая, невозможная, далекая. Глаза его округлились, разум затмил короткий приступ паники.

Еще миг и он вновь пристально уставился на спутников.

Те, в свою очередь переглядывались, выискивая возможность увернуться от шального выстрела. Безумие на лице Тараса ставило под опасность каждый миг.