Ищущий силу: хроники Кейна

Он смотрел на родной лагерь, на снующих там людей, кажущихся отсюда маленькими суетливыми муравьями, ползающими туда-сюда по своему муравейнику. Парень сорвал пожухлый стебелек и, откусывая от него кусочки, меланхолично сплевывал их, провожая взглядом. Они медленно, кружась, летели в бездну, затем в какой-то точке их подхватывало воздушным потоком, и они резко пропадали из вида.

Совсем как бабочки, подумал Кейн.

Сегодня он устроил первый в своей сознательной жизни выходной день, оказавшийся, по странному стечению обстоятельств, воскресением.

Теперь, когда ходить вместе со всеми на тренировки стало не обязательно, Кейн мог позволить себе такую роскошь. Как, оказывается, приятно бездельничать… Может, это и есть счастье: просто сидеть и ничего не делать. Нет, правда, просто сидеть тут, на обрыве, и смотреть в даль!

Из состояния полного философского благодушия его вывело ощущение взгляда в спину. Кейн повернулся, глазами отыскал место, где секунду назад кто-то стоял, а сейчас лишь осталась примятая ногами трава.

Что за шутки? Кейн сел спиной к краю пропасти.

Сбоку он почувствовал движение – именно почувствовал, а не увидел или услышал. Только высокая трава да кроны деревьев покачивались вокруг, единственным звуками были пенье птиц и шум ветра.

В лоб Кейну полетела шишка. Она могла быть отбита или поймана на лету, но сработал рефлекс на незнакомые предметы. Кейн только нагнулся и, откатившись в сторону, залег в траве, обшаривая глазами опушку леса. Никого. Извиваясь ужом, молодой ниндзя пополз в тыл предполагаемого противника.

Тот занял без сомнения удачную позицию в густой хвое сосны, и в Кейна веером полетели еще три, аналогичных первому, снаряда. Мимо. Кейн проворно разыскал пару шишек, готовясь к решительной контратаке, когда за спиной послышался негромкий смешок. Разорвав прыжком дистанцию, Кейн обернулся, вскидывая руки в защитное положение, и увидел улыбающегося в усы Лао Токудзо.

С тех пор как мальчик впервые увидел его, учитель Лао мало изменился. Разве что появился благородный аристократический налет седины на висках, да тонкая сеть морщин, разбегающихся от уголков глаз и придающих лицу лукавое выражение.

Кейн только недавно случайно узнал, что в минувшем году Лао отметил свой восьмидесятый юбилей. Выглядел он не более чем на сорок-пятьдесят лет, а если бы сбрил бородку клинышком и усы, то и еще моложе.

- Нормально, – одобрительно буркнул Лао Токудзо. – Ты стал настоящим Человеком, несмотря на то, что ты еще очень юн и неопытен.