Царь-жемчужина

А водяной продолжал:

— Летом договорились мы с царём, по рукам ударили. В начале осени я сына отправил с посольством, с богатыми дарами, чтобы руки царевны просил при всех, честь по чести. Думал, решим дело, а весной, после спячки, каааак закатим свадебку! А вчера вернулось посольство — отказал стерляжий царь! ОТКАЗАЛ! При всех опозорил! И жениха, и послов прочь выставил!

Разгневанный водяной шлёпнул по реке своим округлым, похожим на сазаний, хвостом:

— Войной на него пойду!

Река отозвалась на гнев хозяина.

Вздыбились высокие волны. С шумом и рёвом понеслись они уже без всякого порядка, сталкиваясь друг с другом; они обрушивались на берег, круша всё в слепой ярости.

С пригорка, где стояли клешнинцы, донеслись испуганные крики и плач.

Ведьмак отпрянул от воды и возмущённо крикнул:

— А люди-то при чём?! Стерляжий царь оскорбил, с ним и воюй! А наши бани и сараи чем провинились? А колесо на мельнице ты зачем свернул?

На это водяной только рассмеялся и пренебрежительно махнул рукой, дескать, это такая ерунда, что и говорить незачем.

— А я ведь каждую весну тебе чёрного гуся дарю. А осенью — хлеба, табаку, сала. Уж про первый улов со всякой рыбалки молчу! — укорял собеседника Ефрем. — Словом, почёт и уважение. А ты всё ломаешь! Нехорошо это, несправедливо.

— Ты мне указывать вздумал?! — взревел водяной, широко раззявив рот. — Захочу - погоню реку и все ваши избы на брёвнышки раскатаю! Захочу — берег подгрызу, водой источу, он рухнет, и половины села не будет.

Есть под обрывом слабые места… Ты, колдун, и сам знаешь.

— Спору нет, ты в реке хозяин, — развёл руками Ефрем. Нелюбимое слово “колдун” из уст разгневанного водяного он будто бы не заметил. — Но и мы не лаптем щи хлебаем. Найдём и на тебя управу!

— Пф-ф-фк-кх! — то ли рассмеялся, то ли поперхнулся водяной и нырнул, напоследок шлёпнув хвостом и окатив ведьмака водопадом брызг.

Ефрем шёпотом ругнулся. А река сразу стала утихать.

Волны становились всё ниже, вода перестала набрасываться на берег, и течение стало принимать обычный вид.

“Неужто устыдился водяной?” — подумал Ефрем.

Прошло пять минут, десять…

Река стала тихой, спокойной, и только пена и плавающий мусор напоминали о недавнем буйстве стихии.

На лице Ефрема заиграла довольная улыбка. Неужто так просто?..

Для верности он подождал ещё немного.

Водяной больше не показывался.