Кладоискатель поневоле

Читать при таком освещении вряд ли бы получилось, однако вполне можно было увидеть на дороге яму, чтобы ненароком не свалиться туда.

— Я думал, такие факелы светят немного ярче, — с лёгким разочарованием заметил Талтин.

Но Огайсин ничуть не обиделся на эту колкость.

— Это особенный факел для использования в пещерах, — сказал он. — У него слабое освещение, но зато его надолго хватает.

Путники осмотрелись. Они стояли возле огромного дуба в несколько обхватов, в который они упёрлись, сбившись с дороги в кромешной тьме.

Ствол дерева уходил высоко вверх и терялся в темноте. Оказалось, что путники ушли в бок от дороги всего на дюжину шагов. Однако Огайсин глядел сейчас совсем в другую сторону. Талтин тоже посмотрел туда, куда смотрел его товарищ, но ничего не увидел.

— Полагаю, сударь, — сказал Огайсин, — что будет безопаснее, если ехать не по самой дороге, а вдоль неё, скрываясь за деревьями.

Мысль Талтину понравилась, и он кивнул в знак согласия. Огайсин взял факел в левую руку и замотал полой своего плаща таким образом, чтобы свет только в одну сторону, и, подстегнув свою лошадь, поехал первым, чтобы освещать путь.

Талтин двинулся следом. Дорога петляла между деревьями, а самим путникам постоянно приходилось объезжать дубы-великаны. Поэтому путники то приближались к дороге, то снова отдалялась от неё.

Деревья становились всё громаднее, и, по прикидкам Талтина, даже самое тонкое из них еле сумели бы обхватить полдюжины человек. Местами из земли торчали корни деревьев, переплетавшиеся между собой, словно гигантские змеи.

Приходилось объезжать все эти препятствия. Дорога постепенно сузилась и стала столь малозаметной, что путникам приходилось часто останавливаться и проверять, не сбились ли они с пути.

Наконец, путники вынуждены были выбраться обратно на протоптанную дорогу, чтобы совсем не потерять её из виду. Огайсин ещё плотнее закутал факел в свой плащ, оставив лишь небольшую щель, откуда еле сочился и без того слабый свет. Хотя дорога тоже извивалась и была неровной, по ней ехать было гораздо удобнее.

Кое-где корни, мешающие проезду, были обрублены или даже сожжены.

Потихоньку накатывала усталость, и Талтин уже начинал думать о том, не сказать ли товарищу, что неплохо было бы сделать привал. Внезапный громкий и длинный свист огласил лес, мгновенно развеяв сон и пустые надежды на отдых. Разбойники! — сразу же мелькнуло в голове Талтина. Он схватился за пистолет и начал озираться по сторонам.

— Вперёд, сударь! — сказал Огайсин.