Медом по крови

Очень уж удобно оказалось…

Из кустов шарахнул густой залп, разом выкосивший добрую половину, и без того, маленькой гвардейской четы[1], что из-за узости дороги вынуждена была ехать плотным строем. А потом – еще один! Был среди нападавших умный человек, на кол бы его голой сракой натянуть!

Ярошевский выстрелил в набегающего на него галуца, размахивающего валашкой - топориком на длинном древке. Перехватил разряженный пистоль поудобнее, и засадил увесистой рукоятью в лоб другому, что ухватился перемазанными в каком-то дерьме руками за повод Грома – коня Владиславы.

Каким бесом племяшку пана Казика, как за глаза называл ее Дмитр, принесло ему под бок, он не понял. Да и до того ли?...

Галуцы, мерзкий народец, выводящий свой род чуть ли не от самого Айона, но чтящий Богов-кошкодавов, кроме своей пакостливости, славился еще и подлинно крысиной многочисленностью. Что еще делать в темных пещерах, кроме как молитвы Богам возносить, да сношаться? Вот и выплескивались с гор по весне, многочисленные отряды-стаи оголодавших галуцей.

Особо везучие доходили аж до Свеонии. Где, впрочем, их ждала та же участь, что и везде. Разве что свеоны, люди незлобивые, да душой чистые, крысо-людей сразу резали. Не заставляя их испытывать те муки, коим любили подвергать своих жертв эти выродки.

Обычно, через кордон проникали малые отряды, не больше дюжины. Здесь же, только на первый взгляд, была добрая сотня вражин. И неизвестно, сколько еще скрывалось по округе…

Последних гвардейцев добили быстро.

Кого застрелили, кого взяли в копья, а кого и зарезали. Большая часть галуцей, почуяв, что сопротивления больше не будет, кинулась грабить обоз.

Дмитра же, с панной племяшкой, окружило десятка два горян[2]. Знатную даже на вид девушку решили брать живьем. О чем и заявили с препохабнейшими подробностями. Не стягивая, мол с коня, натянут так, что уши завернутся!

Она, прижавшись плечом к Ярошевскому, невозмутимым истуканом зашептала быстро, обжигая дыханием ухо:

 - Не знаю, кто ты на самом деле такой, но если уйдем с теми вьюками, - кивнула она, щекоча длинными волосами, выбившимися из косы-рогалика, в сторону неприметной лошадки, - на золоте срать будешь.

Понял? – и прижалась сильнее, будто от страха.

 - Ну то гляди, королевишна, за язык тебя не тянул, - не глядя на Владиславу, прошептал Дмитр, уже прикидывая диспозицию будущей драки. По всему выходило – получится. Ну а там – как пойдет. Воинское дело, оно не всегда предсказуемое.