Медом по крови

 - Злазь, москалыку, приїхав вже! – точнехонько Дмитру в пузо смотрело копье, вернее, обугленная заостренная палка. Судя по свежему потеку крови – в деле уже опробованная.  – Та й бабу залышай. А то удвох дупами на кониках сидите, а їм може, тяжко!

 - Знаешь что, - совершенно миролюбивым голосом произнес Ярошевский, наклоняясь в сторону звероватого мужичка, в вывернутом наизнанку овечьем тулупе, пронзительно воняющем даже на расстоянии, - а не пошел бы ты своему Господарю Вольфу в дупу? Изнутри её вылизывать.

Самое для тебя, и всех твоих упыряк пригодное дело.

Галуца, однако, судя по искривившейся роже, излюбленное занятие галуцких Младших Богов не вдохновило. И он, покраснев рожею, начал набирать побольше воздуха, чтобы заорать что-то оскорбительное.

Ярошевский метким броском послал поводья ему в лицо. Галуц отшатнулся, перехватывая корявое копьецо. Дмитр выдернул из узкого свертка, притороченного к седлу, мушкет с удивительно тонким стволом, затянутым дырчатым кожухом.

 - Ховайтесь, падлы кривожопые!  - заорал он.

И вскинул оружие к плечу. На дульном срезе мушкета, который вовсе и не мушкет, забилась рыжая бабочка пламени, чуть ли не в пол локтя длинной. Удивительное дело, но выстрелил он не один раз, а целых десять. И так быстро, что выстрелы чуть было в один долгий протяжный залп не слились.

Окруживших Дмитра и Владиславу галуцей порасшвыривало, будто гренадой жахнуло...

Ярошевский с размаху залепил оглушенной и ошарашенной племяшке пощечину, от которой ее голова чуть не оторвалась от шеи.

-Не спать, дура!

Галуцы, сбежавшиеся на грохот пальбы, потеряли еще троих, и разбежались. Дмитр окинул взглядом разгромленный вдрызг караван. Живых не заметил. Походу - все. А вешать  гирей на шею подранка-недобитка, значит утонуть всем вместе. И ему, и вообще...

Конь у Владиславы оказался выучен толково. От стрельбы не шарахнулся, запаха свежепролитой крови не испугался. И даже не вздрогнул, когда ему на спину легли два тяжелых вьюка а следом запрыгнула королевишна.

Вперед?- оглянулась Владислава на хмурого Ярошевского, по прежнему держащего мушкет наизготовку.И как можно быстрее, пока крысы не очухались. И берданки свои зарядить не догадались.Неизвестно откуда прилетевший порыв холодного ветра сорвал пару дюжин листьев, бросил их на разбросанные в изобилии тела, будто намереваясь укрыть  погребальным саваном.

[1] Примерно взвод.

[2] Горяне – жители гор

Ливония. Где-то

Ночь наступила сразу и вдруг.