Медом по крови

Зима напоминала о себе

- Вернешься? – робко спросила девушка, прикусывая и без того распухшие губы.

 -Обещать не могу. А бросить все… - Януш замотал головой.  – Служба. Я должен…

 - Отец, когда уезжал, сказал тоже самое. – Невесомый платок коснулся глаз, промокая непрошенную, ненужную слезинку.

 - Твой отец – мудрый человек. Для мужчины долг превыше всего. Только я не хотел бы встречаться с ним.

 - Почему?!

Косач лишь отмахнулся, промолчав. И только крепко сжал повод. До того, что пальцы побелели.

Катажина решительно тряхнула головой, отчего рыжий локон выбился из прически:

 - Я буду ждать. И обязательно дождусь.

 - Вряд ли ты захочешь меня ждать. Я ведь вчера сказал тебе сущую правду. Я, действительно, сын полковника…

Девушка потрясенно молчала. Почуяв недоброе, с разных сторон двора появились Елень и Шарый. Первый с арбалетом, второй – с недобрым оскалом. Катажина остановила обоих, подняв руку.

Януш  из седла склонился к девушке, тронул губами дрожащую ладонь.

 - Прости меня…

Солнечный зайчик, до этого так и пробывший в стороне, захлопнул разинутый от удивления рот, коснулся мокрой щеки. И побежал за помощью, призывая на подмогу всю свою братию. Одному никак не справиться…

Орша. Воинский конец

 - Добрый вечер, уважаемые! А не подскажите, как до ратуши пройти, а то я что-то здесь у вас заплутал…

Спросивший дорогу горожанин выглядел так безобидно, и разводил руками так убедительно, что ни один из пятерых стражников, не заподозрил его в чем-то нехорошем.

И никто из них, хоть все и помнили строгое указание быть предельно осторожным, не сумел взять и выстрелить в обычнейшего оршанина, заблудившегося в не своем квартале. Даже скомандовать, мол, мордою к стене, руки на ту самую стену, и не дергаться, и то, никто не догадался.

А потом стало поздно. Горожанин вдруг оказался совсем рядом, недобро улыбаясь. Рядом с заблудившимся, словно из-под земли выросли еще несколько человек...

Кинжал ударил хорошо, душевно.

Доспех легко пропустил граненый клинок. А тот, пробив кожу, коснулся печени. Та, почуяв прикосновение, дернулась, пытаясь отстраниться. Острейшая боль выгнула тело неестественной дугой, будто желая переломить хребет. Колени подогнулись, и стражник упал. Нехорошо так упал, лицом вниз. Мостовую перекладывали совсем недавно. Молодой король не жалел денег на свою столицу. Выступающий край камня с готовностью проломил тонкие кости.