Не оставляющий следов: Исправление имен

– Шусин давно не наш, смирись, – отец испытующе смотрел на меня.

– Вот только сама земля противится уходу Иса. Так же, как Танджевур все еще ждет своих царей-воинов. Не знаю, о чем думали первые Пинхенги, вот так запросто передвигая по просторам империи правящие семьи провинций. Память сердца не вытравить, оно корнями вцепляется в родную землю.

– Возможно… Я не был в Шусине, мое сердце свободно.

Я бросил взгляд на пейзаж: да, в его сердце гуляет вольный ветер кайджунских степей. Прабабка успешно взрастила ковыль на чужой ей земле.

Отец еле заметно усмехнулся.

– Ты наказал Ёдгора Фуина? Отменил мое назначение? – волновал лишь итог приключения.

– Нет, конечно, ты все рассчитал правильно, и это примирило меня с ситуацией. Отменить твое решение – продемонстрировать недоверие члену своей семьи. А это означает отсутствие единства, что в данный момент совершенно недопустимо. Мы переживаем не самые лучшие времена. – Я напрягся, ожидая объяснений, но их не последовало.

– Но печать у тебя заберу. Слишком щедро делишься милостью семьи, не заработав еще ни грамма морального права на это, отдаешь не свое.

– Я готов, – снял с шеи перстень-печатку и с поклоном протянул отцу.

– Хорошо, – аккуратно положил рядом с чашкой. – Теперь о заслугах. Приведенные тобой кони слишком ценны не только для нашей семьи, поэтому я распорядился оформить их как дар императору…

Уже распорядился? Аянга лишилась Савдага, а я не увижу Хуран? Судьба, я-то думал, что мне в этой жизни больше нечего терять… оказывается, всегда есть что.

– Прости великодушно, отец, – я поклонился настолько низко, насколько позволял чайный столик, – но теперь ты отдал не свое.

Брови отца вскинулись вверх, но тут же вернулись на место.

– Хм… разве не семье привел коней тот, кто пока не имеет прав ни на какую личную собственность, – хотя бы в силу возраста своего?

– Это несправед…

– Забудь о справедливости. Думай о целесообразности. Конница – это и боевая мощь, и воплощенное богатство, но эти кони способны усилить семью чрезмерно.

Никто не имеет права хоть в чем-то превзойти властвующую чету Янгао, под чьей дланью процветает империя, а таких коней в их конюшнях нет. Уж это понять ты в состоянии?

В сердце будто вогнали ржавый гвоздь. Как же так? Мое янтарное чудовище... а Аянга? Только Савдаг помогал ей держаться все это время.

– Но Хуран… Савдаг…

– Цепляющийся за малое проигрывает большое.