Как попасть в историю

Он дёрнул за одну из колючек, лев взвыл от боли и размахнулся, чтобы нанести удар, но с видимым усилием, взял себя в лапы и драться не стал.

- Не рыци – не люблю! – нахмурился Аука и повернулся к Эхо – Сыграй ему сто-нибудь, ну, например - "Спят усталые игруски, коски спят…".

Эхо вопросительно подняла брови.

- А-а, ну да, ты зе такое не слысала. Это я в одной деревне подслусал. Называеца – те-ле-пе-ре-да-ца. Запоминай: 

Спя-ят уста-лы-е иг-ру-ски,

Кос-ки спя-ят.

Мя-со, кос-тоцки в кор-му-ске –

Здут ко-тят…

Дазе сказка спать лозытся

Цтобы ноцью нам присница.

Глазки закрывай

Баю – бай.

- Дуди, цего здёс то?

Эхо кивнула, и, подхватив мелодию, заиграла дальше. Лев зевнул пару раз и стал кружиться, выискивая место, где лечь. Аука подошёл к нему и стал чесать за ушами. Зверь грохнулся ему под ноги и, перевернувшись на спину, захрапел. Сделав нимфе жест, чтоб продолжала играть, Аука сел рядом со зверем и принялся выискивать занозы. Иглы дикобраза имеют одну природную особенность: у них крючки на концах, и ещё – они очень хрупкие.

Если сильно дёрнуть, то ломаются, оставляя в теле занозу. Найти ее намного труднее, а боли она вызывает ничуть не меньше целой иглы. Аука начал свою кропотливую работу. Он отыскивал обломки игл в коже и вырезал их аккуратно. Колючек было много, в морде, груди, подмышках. Но больше всего их было в подушечках огромных лап. Да, тот дикобраз серьезно защищал свою жизнь… Лев беспокойно крутился во сне, но работе не мешал. Аука торопился, как мог, и вскоре пациент напоминал решето с крупными дырками.

Не смотря на занемевшие губы, Эхо продолжала играть колыбельную.

- Концяй дудеть. Инаце я эту мелодию возненавизу.

Эхо убрала свирель, а губы остались сложенными дудочкой.

- Фуф, фуф, фуф… - она дула и не могла остановиться.

Аука метнулся к ней и стал растирать её скукожившиеся щёки.

- Ты цего?! – закричал Аука – Устала?

- Устала-устала – отозвалась Эхо и улыбнулась.

Лев заворочался, просыпаясь.

- Как зе он ходить будет, я лапы-то расковырял… - Аука смотрел в задумчивости на львиные лапы… на свои ноги в лаптях… Это же выход!  

- Гладь его, потом мяса от логова принеси, стоб позрал немнозко. – И, пританцовывая на ходу, Аука убежал к лесу.

Эхо сидела возле льва и кормила его аккуратно нарезанными кусочками мяса. Зверь откровенно наслаждался жизнью. Столь удачного поворота судьбы у него ещё не было.