Как попасть в историю

Она нервно  теребила косу в руках, и, наконец, та не выдержала и расплелась. Волосы густые, орехового цвета, освободившись, рассыпались мощной волной.

- Актеон, - поспешил нарушить неловкое молчание Митька, а где жезл Цирцеи, мы его там выкинули, где превращение произвели?

- Почему выкинули? – не отводя взгляда от Арахны, спросил Актеон. – В мешке моем, может, ты на память бы захотел его оставить, вот я и подобрал.

- Потрясающе… - прошептал Митька. – а ты валун Зевса не подобрал случайно? А вдруг я его захочу на память получить? Ладно, шучу, - поспешил он успокоить напрягшегося Актеона.

– Давай его сюда.

Актеон нехотя ушел за мешком, а Митька спросил у Арахны:

- Ну, как тебе наш олень?

- Красивый… - растерянно ответила она. – и, наверняка, добрый и заботливый. Вон он о тебе как беспокоится.

Актеон прибежал обратно со своим мешком. Он достал жезл и протянул его другу:

- На. У меня еще и зелья капля-другая во флакончике осталась. Змея не допила, а выливать жалко было, да и маловато тут на порцию, тоже забирай.

Будет потом в твоем доме трофей и напоминание о наших приключениях.

- Не будет. Мы его сейчас используем, Арахну превращать будем. – сказал Митька.

- А в кого мы ее превращать будем? – не понял Актеон.

- В человека, в кого еще? – ответил Митька.

- А она тогда кто? – Актеон рассматривал красавицу, стоящую на Митькиных коленях.

- Актеон, что с тобой? – всерьез встревожился Митька. – Она - паук. Ее Афина превратила, вспылила, что Арахна победила ее в состязании на лучшую рукодельницу…

- Да, зря я тогда согласилась с ней соревноваться.

Говорила мне мама: "Не задавайся, дочка", так нет, захотела показать, что и люди не лыком шиты. Доигралась. – смутилась Арахна.

- Ну, что? Ты слышал - кто она? – спросил Митька. Актеон кивнул в ответ.

- А что ты слышал? – на всякий случай уточнил мальчик.

- Что Арахна – рукодельница, которой боги в подметки не годятся, и еще, что она очень скромная. – ответил Актеон.

- А про паука? – растерялся мальчик.

- Про какого паука? – не понял Актеон.

- Все ясно. – вздохнул Митька. – По-видимому, это и называется любовь. Он видит тебя такой, какая ты есть, он не шутит и не прикидывается. Но помощи от него – ноль. Он просто не поймет, чего я хочу сделать.

Митька посмотрел на просвет флакончик с зельем и вздохнул. Если там и был глоток, когда Актеон набирал его, то сейчас там было всего несколько капель. Хоть горло у него и очень узкое, но может, пролилось по дороге, а может, просто испарилось.