Хлеб печали

Лене наклонила голову и прислушалась. Она была готова сказать, что люди ужинают, но Матиас был прав. Не скрипели двери, не было слышно спокойных разговоров стариков, встречавших закат, никто не гремел котлами и не ругался. Если бы она знала это слово, то сказала бы, что в воздухе повисла настороженность, но она только поежилась и преданно взглянула на Матиаса.

- Надо пойти и посмотреть, что там, - сказал он.

Лене жалобно шмыгнула носом, и Матильда покосилась на нее.

- Я попробую разведать, что там случилось, - сказала она.

– Спрячься в лесу и не выходи ни к кому, кроме меня.

Она тяжело вздохнула, увидев, что крестьянка не двигается с места. Матильда взяла Лене за руку, помогла подняться и терпеливо отвела подальше в лес.

- Сиди здесь, - сказала она, как сказала бы собаке, и пожалела, что у нее нет еще одного бонбона. Лене сморщилась, но кивнула и послушно села.

Матильда отошла от нее на несколько шагов, обернулась, чтобы удостовериться, что все в порядке, и глубоко вдохнула, набирая в себя побольше уверенности.

После увиденного на месте родного дома, она решила не выходить на открытое место и легко заскользила вдоль опушки леса. Впереди темнели молчаливые дома, но над крышами не клубился дым – никто в этот вечер не топил очаг? Запах железа стал сильней, и к нему примешался аромат выделанной кожи и человеческого пота.

Она осмелилась выйти из лесу только рядом с кузницей, что стояла поодаль. Ее двери были распахнуты, и Матильда заглянула внутрь: брошенный горн, развешенные по стенам инструменты, мышь, шуршащая под верстаком.

На земляном гладком полу не было никаких следов борьбы; все тихо и мирно, будто хозяин просто вышел и сейчас вернется.

- Кыш, - шуганула она мышь, и та убежала, мелькнув хвостом. На полу остался обгрызенный ею сухарик. Матильда подняла его, терзаемая сомнениями, осмелится ли потом взять его в рот, но все-таки положила в карман. Еда лишней не бывает.

Ей вдруг явственно привиделся их погреб, замурованный под пожарищем: бочки с вином, мука, копченые колбасы, два круга сыра и вяленая оленья нога, и гроздья сушеных яблок, и сухие грибы, из которых получается чудесный, наваристый суп.

Матильда невольно сглотнула слюну, но тут же замерла: рядом послышались шаги.

- Собака вернулась, что ли? – донеслось до нее.

- Пойди да проверь!

- Чего это я? Монеты одинаковые с тобой получаем, ты и проверяй. А то все я, да я.

Матильда задержала дыхание и нырнула под верстак, скорчившись рядом с большим камнем для наковальни.