ЭПОХА ПЕРЕМЕН

Может счёл, что нас долг вышибать прислали, может из любви к технике (на паровозе то точно Фердинанд любил погудеть), но выбежал встречать нас с Максом самодержец лично. Правда, без хлеба с солью.

Все мы болгарский знали плохо (мягко выражаясь), но превосходно знали немецкий, и я понял, что не на том языке славянскому царю телеграмму слал — может переводили бы её ещё месяц, а может и затерялась бы. Но услышав родную речь, и узнав, что мой попутчик к тому же и фон-, Государь оживился и всё завертелось. Нас отвели в столовую, гарнитур из карельской берёзы в которой также был подарком Николая, и покормили с дороги (как раз обед подоспел).

За столом присутствовал и царевич Борис, в этом году одновременно достигнувший совершеннолетия, окончивший военное училище и получивший капитанский чин. Юноша от отца унаследовал страсть ко всему техническому. Даже в этом его превзошёл — пару лет назад сдал экзамен на железнодорожного механика. Разумеется, по газетам он тщательно отслеживал и развитие самого прогрессивного технического направления — авиации.

Желая потрафить монарху действующему и будущему, мы с Максом пару наших "бонусных" самолётов широким жестом им и преподнесли. Как личный подарок! (но вот за остальную партию — извольте получить чек, хотя его оплатят уже "из другого кармана"). Согласившись на время войны послужить и "личными шофёрами" при аппаратах (так хоть непонятки разрешать сходу удастся — августейшие уши грея ежедневно).

Расчувствовавшийся и слегка ошалевший от халявы Фердинанд тут же пожаловал "своего" пилота (то есть меня) званием болгарского генерала, а пилота цесаревича (Макса) — соответственно в полковники произвёл.

Что ж, ДАНКЕ! Но в Бургасе ещё почти три десятка добровольцев в чистом поле "непожалованными" остались — надо бы разрешить проблемку.

До Бога — высоко, до царя — далеко! Но вот если близко (хоть до болгарского), то вопрос решается споро. Нашлись и контракт на самолёты, и деньги на их оплату, и даже где им уже быть надлежит (ибо ждут-с с нетерпением).

Так что уже вечером сажали меня в "Восточный экспресс", с предписанием для перелёта первой группы авиаотряда в первую армию. В распоряжение генерала Кутиничева.

А вторую группу — соответственно во вторую армию — к генералу Иванову (с указанием мест базирования). Меня отпускали "покомандовать", а Макс оставался во дворце работать придворным воздушным извозчиком. Чую, что если в звании меня он и не догонит, то в наградах наверняка обойдёт.