Империя Женщин

— Опять вгоняете меня в краску, своим знанием языков, княжна? — Парень смотрел на меня улыбаясь, и явно продумывая как избавится от опостылевшего голивца, который как всегда мешал остаться нам вдвоем.

— Я бы никогда не позволила бы себе такого, Люка.- Произнесла я с притворной серьезностью, легко вовлекаясь в игру младшего Густа — ведь ваш смущённый вид лишил бы меня сна и покоя!

— Видясь в мечтах или кошмарах? — уточнил Люка деловито, беззастенчиво флиртуя на глазах у учителя. Рыжеволосый, не будь братом Бриссы, точно бы покорил мое сердце своими ямочками на щеках, густой огненно-рыжей гривой, и несравненным очарованием наглости человека, прекрасно осознающего свое влияние на окружающих.

Но я не давала своей симпатии развиться дальше по вышеупомянутой причине. Братья Бриссы для меня неприкосновенны.

— Вы должны больше учиться языкам, а не заигрывать с барышнями!! Да еще после того что произошло с вашим братом! — Возмутился гувернер — Недопустимая дерзость, еще и в присутствии княжны! Мадамес Арияна, я очень извиняюсь.

.. — тут же начал горячо винится голивец. Люка закатил глаза, пробормотав себе под нос что-то на корявом голивском.

Но я остановила учителя.

— Несомненно только ваше целомудренное влияние и голивская грамматика могут усмирить этого юношу. Are vi msya, hie ciul tapablas kie compouziding elegantie kiegiel. (5).

Польщенный мсье Ляпуш с достоинством одернул накрахмаленный воротничок, снова изящно кланяясь мне . — Пресветлая княжна совершенно правы, но все же мсье Люка могли бы постараться, а не расстраивать своего бьедного учителя упрямством!

Люка сощурился по-лисьи, явно посчитав меня предательницей в этом споре.

Но я знала что делаю, и продолжила

— Sagas vi madames Olisa separite. Servisiti nenie pova traktie goliez produktie, clam konfuzie. Vi nua bezonie en la kitchel! (6)

— Madames Olisa? — тут же навострился гувернер. Я кивнула. Гувернер пожевал губами в задумчивости, явно колеблясь между желанием помочь камердинес, и неприличием оставлять молодого человека с девушкой наедине.

Но первое все же победило. Люка с непониманием переводил взгляд с меня на гувернера и обратно, но последний выскочил из двери предупредив нас, обращаясь преимущественно ко мне — Ведите сьебя хорошьо, и не балуйте этього озорника! Я пообещалась этого не делать, и мсье Ляпуш наконец оставил нас одних.

Люка смотрел на меня с сияющими глазами.

— И как вам удалось приручить этого цербера?!

— Банальная наблюдательность, мой друг.