Наставник

Поднимаюсь с потертой кушетки. Голова слегка кружится. Походка неустойчива, словно под ногами не дряхлый ковер, а палуба в шторм. И подташнивает также. Не знаю, где я и зачем, и, кажется, даже не очень стремлюсь выяснять. Оказаться бы сразу в моей недавно арендованной квартирке, велеть заварить чаю да повалиться в собственную кровать…

В поисках выхода толкаю ближайшую дверь. Там просторная библиотека. Сквозь огромные окна солнце.  Прикрываю глаза рукой. Насмешливый голос графа:

- И как вам высший свет, юноша? Слепит?

- Так это я у вас, граф? – бормочу я, все еще не решаясь полностью открыть глаза.

- Не помните? – усмехается граф.

Свеж, чисто выбрити как всегда элегантен, он что-то читает за большим столом возле окна; не подымая глаз от книги, поясняет: 

- Мы с Хавьером вынуждены были приволочь вас сюда, поскольку добиться столичного адреса от вас не смогли. Вы упорно называли винантский. Хавьер – это мой камердинер, - кивает он в сторону неслышно подкравшегося   человека с двумя чашками на подносе в руках.

– Надо было бы, конечно, доставить вас прямо в Винант, - продолжает граф, жестом указывая Хавьеру предложить чашку сначала мне. – Впрочем, и сейчас не поздно. Не надумали еще последовать моему совету и покинуть столицу?

- Нет, благодарю, - скрывая обиду, отвечаю я, принимая чашку с умопомрачительно ароматным кофе,

Опять он за своё. Ну, чем я ему в столице мешаю? 

- Тогда приводите себя в порядок, и двинемся во дворец, - распоряжается граф, поправляя кружево манжетов.

Сегодня его величество совсем не так добродушен, как в нашу прошлую встречу. Меряет тяжелыми шагами гостиную и, сердито взмахивая рукой, честит всех на свете – от правителей соседних стран до собственных тупоголовых министров с их проектами налогообложения. Мне едва кивнул.

Граф безмятежно развалился в кресле, потягивает вновь собственноручно и без спросу налитое из графина вино, молчит, улыбаясь чему-то, вряд ли королевским сентенциям.

- Йен! – его величество наконец замечает графскую безответственность. – Я с кем вообще разговариваю? Я спрашивал, видел ли ты сегодняшний номер этого вонючего листка? В своих грязных намеках  клеветники перешли уже всяческие границы. Да ты посмотри, посмотри! Это и тебя касается.

Граф, не отставляя бокал, левой рукой ловит измятый газетный лист, что швыряет ему король.