Наставник

- И тут же заскучав, через три недели вернул обратно, - хохотнул разрумянившийся весельчак, кивнул мне: - Я  Брин. Филеас Брин, – и снова обернулся к графу: - Йен, так чем ты на этот раз допек короля? Давай же, прочти что-нибудь новенькое!

- Допек тем, что два дня не показывался, - отозвался  граф и, откинув со лба спутанные кудри, собственные, он не надевает парика, пояснил: - А не показывался, потому что третьего дня был изгнан из покоев, поскольку позволил себе покритиковать высочайшие вирши… Король – Светило, но тревожит, что и на Солнце есть изъяны – без графа дня прожить не может; похоже, метит в графоманы… Нет, нет, даже не просите! Поклялся, что цитировать не буду.

Под угрозой Фальзенхофа.

- Да, ладно, Йен, что тебе Фальзенхоф? - подал голос маркиз Финлор. – Ты там уже бывал.

- Мне хватило, - отозвался  граф.

- Король продержал его в крепости почти полгода, - склоняясь ко мне, пояснил маркиз тихо. – И за дело. Ла-Монт пытался похитить леди Элизабет Мале.

- Наш безрассудный Йен умыкнул девицу прямо от церкви и вместе с каретой, - дополнил румяный сосед маркиза восхищенно.

– С каретой и пожилой тетушкой, что сопровождала леди Элизабет. Вышвырнув кучера, усадил на его место своего камердинера и велел гнать, а сам ввалился в карету с предложением руки и сердца. Что произошло внутри, он не рассказывает. Известно лишь, что у первой же заставы Ла-Монт остановил карету и сдался страже. Йен! – опять окликает он графа. – Поведай нам, наконец, отчего ты так и не женился на леди Элизабет Мале? Говорят, она до сих пор отказывает всем другим претендентам.

- Я же похитил двух дам, - отвечает граф, наполняя бокал. – И теперь никак не могу решить, которая мнебольше по вкусу.

Мой стакан каким-то образом тоже оказывается наполненным. И снова. И снова. 

- Йен, видел последний номер «Гласа патриота»? – кричит кто-то. - Что думаешь о проекте уложения о печати?

- Глас патриота? – задумчиво переспрашивает граф, разглядывая на просвет свой бокал. – Глас патриота – то в пустыне глас… Способных слышать нет у нас сейчас.

По мне полезней право добывать - не голосить нам, а голосовать.

- Так, выходит, ты за парламент?

- Я изучал математику, - объясняет граф. – Среди сорока голов с большей вероятностью окажется имеющая мозги, чем в случае головы пусть и коронованной, но единственной…

И это последнее, что могу вспомнить из того вечера.

Просыпаюсь неизвестно где. Помещение совершенно незнакомо – обстановка недешевая, но несколько обветшалая.