Бортник

Не уйди он на пир праздничный, не было бы побоища в Киев-граде. Мается, места себе не находит Михайло. И пошёл он к киевскому кузнецу. Всю-то ночку звенел молот по наковальне. А поутру, как проснулся народ киевский, другой звон заслышался от городских ворот. Высыпал народ за стены городские. Мужики остолбенели, бабы запричитали, как по покойнику. Огромным молотом Михайло забивал в городскую стену железный гвоздь, а от того гвоздя да к его ноге тянулась тяжёлая цепь.

Вот так наказал себя Михайло за одну единую попойку, которая стоила многих жизней киевских. И стал он вечным стражем киевским. Даже и сейчас, через много веков, охраняет он Киев-град. На красном поле щита киевского стоит с мечом в руке крылатый стражник. И пока стоит Киев-град, будет на его гербе и Михайло Потык – гордая птица.

– Ну, всё, теперь спать! Стрый ваш, завтра по руду собирался, ты бы, Федюня, сходил с ним, подмогнул бы чего, вдруг где не сдюжит, так ты подсобишь.

Ну, всё-всё, спать я сказала. Утром до солнца подыму.   *сажень – 2,1336м**навороп – разведка,  наворопщик – разведчик.

Ох, беда. Рябинка.

В соавторстве с Екатериной Фурман

...Ох, беда-беда!.. Холодно, жуть. До сих пор трясет, пока воротины закрыла – одну, потом вторую – чуть два разу не расшиблась, лёд-собака! У колодца-то лапотки намочила, а пока дошла, они и замёрзли в лёд. Покуда печку растоплю и отогреюсь.

 

Матушка-то с Ручейком, поди, к сватье Речке подались, а батюшка опять Федюню в лес потащил. Да его и тащить не надо. Ему дай волю, так он из того леса вылазить не будет. Такой вот сечень* сёгоды, что мороз, да ветер сплошной.  Сейчас затрещит, займется береста. Дров вроде хватит, а там уж потеплеть должно. Вона, как стучит по окнам, не хочет Морана* свое отдавать, лютует. Вчерась вон снега опять навалило, ребятишкам в радость! За день- то растаял, а к ночи застыл – не пройти.

Ох беда-беда…

Горит родимая. Береза что ни на есть – лучшие дрова. В прошлом годе ольхой да осиной топили – не то совсем. То ли дело береза. И я была березонька, одна в поле девица, да что была, одна и есть. Где муж? Вроде как и есть, а выходит, что и нет. То в степях пограничных княжьи полки водит, а два лета назад аж к хвалынскому морю ходили – посольство княжье берегли.  Тепло пошло, руки коченеть перестали.