Лабиринт для чёрного пса

 

Мы собрали высыпавшееся золото. Чаши, пояс, диадема были прекрасны. Значение золотых крестов и других реликвий мы не знали, но всё равно оставлять на земле не стали. Мешок был рваный и уже не годился. На груди у жреца мы нашли грязную тряпку, видимо, ей кто-то умылся, что вся грязь с лица осталась. По этой тряпке даже опознать человека можно. Вот в неё всё золото и завязали. Уложили старика на ложе и пошли. Нюх моего пса указывал нам дорогу. 

Звуки схватки снаружи были уже не слышны.

Выход наружу возник внезапно, словно провал.

Сначала яркий свет, а потом морды, морды… Волчицы, медведицы, львицы… Я заорал. Не знаю, что на меня нашло, видимо, всё пережитое накатилось резко, как ком. 

Я заорал и моя пантера вырвалась наружу. Голодная, свирепая, она носилась от одной глотки до другой. Я резал. Кровь струилась по моей пасти. И опять клыки погружались в трепещущую плоть. И кровь. Всё сменилось кровавым маревом, сквозь который я видел единорога, пробивающего путь вперёд.

Видел воющего рыжего пса. От звука испускаемого его глоткой мороз проходил по коже животных. Я видел кота, который от ушей до хвоста был перемазан кровью.

В этот момент земля не выдержала… Толчок. Потом ещё. Вокруг начало всё рушиться. Животные в страхе ломанулись в разные стороны. 

Когда я пришёл в себя, все сидели на задницах на земле, среди развалин небольшого горного храма Экаты. Землетрясение продолжалось.

Перевязывая Тора и снимая его боль, я даже не сразу обратил внимание на движение в завале.

Только когда из рухнувшего храма показался Аэрроп, мы, смеясь и плача от счастья, побежали к нему. 

В храм Экаты сокровища мы отдавать не стали. Доехали до Ифеса и продали в Ифестионе. 

Никто уже не поминал тот глупый спор, толкнувший нас в Лабиринт Хроноса. Деньги, полученные за сокровища, делили на пятерых. Впервые в жизни я ощутил себя богатым, хоть и голодным. Похоже, ощущение голода у меня останется на всю жизнь.

 

Аэрроп свои деньги отдал Аминтору на создание этерии. Подумав, Таннес тоже отдал часть своих денег.

— Создавай. Потом нас от ахеменидов спасать будешь, — хмыкнул он. — Как начнёшь собирать на бой, только позови, я флот дам. К тому времени уже правителем буду.

— Что не все деньги отдал? — с издёвкой поинтересовался Маржик, сам свою часть пряча в пояс. 

— Жениться я надумал, — мечтательно произнёс сидонец самый юный из нас. Мы засмеялись.