Сказания не лгут

Фледа пожала плечами и пошла за водой. 

– Есть хромые? – спросила Линда.

– Да вроде нет, – отозвалась Берта, – Хотя, если боишься, давай им копыта ещё раз дёготьком помажем?

– Сдурела! Вчера мазали, сегодня чистим всё – и всё вам копытница мерещится? А захромает – так в котёл её… 

– В котёл! – это Грид не утерпела.– И у Ингебольды зря прирезали скотину. Ей просто лень лечить.

– Вот заскрипела, словно немазаное колесо, – враз осердясь, огрызнулась Линда. 

– Но ведь правда зря, – согласилась с Грид Берта.

– Лучше дырень с желтоглазкой! – заявила Грид. – А ещё лучше желтогубку распарить и прикладывать*. 

– Коли ты такая сметливая, – взвилась Линда, – Что ж ты себя–то не лечишь? 

– Ой, подруги, я лучше пойду от вас, – как можно шутливее произнесла Берта, – А то у вас в руках вилы, ещё сколете друг друга, и мне достанется…

Линда рассыпала колючий смешок и по–мужски разухабисто выругала попавшуюся под ноги овцу.

– Это Грид у вас там? – подала из козьего загона голос Гуннель.

– Она, тётушка! – испуганно отозвались обе женщины

– Гоните её в дом, я сейчас! Лив, с козами уж сама, слышишь, супоросая свинья того гляди деток приведёт. 

Грид оглянулась, страдальчески изогнув брови, и, поскуливая, заковыляла прочь. 

– Эй, помочь? – испугалась Берта.

– Да она не скоро ещё опростается, это же первые роды, и сама она кислая, – со знанием дела отозвалась Линда.

– Я дойду… – простонала Грид уже из–за двери.

– Дойдёшь–дойдёшь, – ласково отозвалась Гуннель, подбегая к ней и уводя в дом.

– Линда, а почему ты думаешь, что она ещё не скоро опростается? – шепотом спросила Берта. 

– Было бы скоро – она бы уже в голос кричала, а не поскуливала, – усмехнулась Линда, – Вопила бы, что отродясь не допустит до себя никого из мужей! Так что, Веселушка, даже и не думай, раньше вечера не опорожнится твоя подружка.

– Боязно за неё.

– Да всё будет, как у других, – отмахнулась Линда, – А и помрёт – не она первая, не она последняя…

Берта несогласно качнула головой, но смолчала. Толку от разговора мало, только расстроишься.

Когда они закончили чистить стайки и сметали грязный тростник на рогожку, уже совсем рассвело. Берта, оставив Линду и подоспевшую Фледу стелить свежий тростник, потянула навоз на огороды. На дворе уже стало совсем людно и шумно.