Острова

Когда же грузный боцман вылез на плечи альву, тот что-то недовольно пробормотал, а потом чуть привстал: даже так невысокий дверг еле доставал только до нижних ступеней.

Когда же внутри не осталось никого, кроме самого Эарна и Шона, альв подпрыгнул почти так же высоко, как и джеарт до него — а лорландец повесил светильник себе обратно на шею и крепко обхватил рулевого за ноги. Альв, натужно сопя, пролез несколько ступеней — а потом уже сам Шон схватился руками за одну из нижних скоб и полез наверх сам. Всего полминуты — и внутри уже не было никого; последним, что услышали подземные трубы, был железный стук задвигаемого люка.

[1] Стой! (дж.)

[2] Вода, соберись сюда из воздуха! (лорл.)

Глава 8. Серебро

— Ţunn Hor!

Заклинание Акёдега уже который раз взорвалось ударом грома, а Эарн дёрнулся и потянулся к ушам.

— Спите спокойно, — проговорил драгар уже намного мягче. — И за припасы ваши не волнуйтесь, я их все перенесу сюда. Завтра встанете и сможете позавтракать.

Матросы, зевая и кряхтя, начали укладываться прямо на голый камень.

Изогнутая крыша, спускавшаяся шестью скатами, закрывала от них и небо, и звёзды — только самый краешек луны неуверенно заглядывал внутрь, растекаясь длинными лучами. Каменный пол был то ли еле тёплым, то ли приятно прохладным; так или иначе, все мужчины провалились в сон, стоило им только улечься поудобнее. Непонятно медлили только Хэкьвос, Эарн и — Кайт.

— Так, Эарн, — негромко обратился маг к альву, когда все уже легли. — Как думаете, теперь время?

— Оно самое, — резко кивнул тот.

— Давайте отойдём немного в сторону.

Маг, капитан и рулевой подошли к самому краю площадки, на которой была установлена беседке — туда, где она уже переходила в мост. Воздух вокруг немного рябил — то ли от ещё не спавшей жары, то ли из-за щита Акёдега. Эарн быстро сел, скрестив ноги, а Хэкьвос с Кайтом разместились прямо напротив него.

— С чего мне начинать? — не поднимая глаз от земли, глухо спросил альв.

— Объясните сперва вашему капитану, — махнул маг головой в сторону джеарта, — что такое нархенейт.

— Было бы очень здорово, по крайней мере, — добавил Кайт.

Эарн нервно сцепил пальцы в замок.

— То, что вы называете mundus metaphysicālis, — медленно заговорил он, — мы, альвы, называем nár. Вы ведь знаете о том, что разные народы воспринимают его по-разному?

— Люди видят, альвы слышат, джеарты чуют, дверги осязают, а драгары ощущают на вкус, — без запинки оттарабанил Кайт.

— Именно так.