Спасение не-рядового М.

– У твоего Линь Шу я просто появлялся без каких-либо усилий с моей стороны. А если ты умеешь, ну, покажи, как это делается, а не плюйся, как... как граф Фортрифранни на заседании Совета.Неизвестно почему, но уездный ван Фортрифранни представился Линь Чэню похожим на старшую сестру нынешнего правителя Пьянпина – зажиточного города на окраине Западной Лян. Девица была рослая, крепкая, с сотней мелких косиц (на кончике каждой звенело по золотой монете), да и на лицо миловидна. Водилась за ней привычка в разговоре то и дело плеваться и разбрасываться ядовитыми словами, но в остальном девушка была такая правильная и праведная, что весь остальной город, включая близ лежащие деревни и даже монастыри, казались рассадниками беспутства.

В итоге именно настоятель храма Парящих Драконов заплатил Архиву десять тысяч лян за мудрый совет, как от нее избавиться. С тех пор, как пьянпинка отправилась замуж в Страну Сун, ковровые узоры тамошних ткачих перестали быть похожи на спутанные рыбацкие сети, полосы на халатах приобрели небывалую четкость и зазмеились в одном направлении, и даже кобылы жеребились строго по графику, без опозданий. Вдохновившись примером отважной укротительницы диких сунцев, Линь Чэнь приступил к объяснениям. Самым простым, наглядным, какие понял даже бы туповатый Ин Цинь, да и небесному варвару они тоже должны были оказаться впору. К его священному ужасу, Май Лзы немедля набросился на новое знание, как армейский мул – на зеленую лужайку. И…– Почему не получается? – возмущенно завопил он недолгое время спустя. Линь Чэнь поскреб подбородок: ему только что довелось наблюдать за странным магическим обрядом: горбатый адмирал бегал по линиям багуа и набрасывал в получившийся восьмиугольник пригоршни невесть откуда взявшегося снега. Внутри засеребрилась женская фигура, померцала и принялась медленно таять.– Ты сказал мне представить, будто реально все здешнее, а сон – то, что снаружи. Но это же глупо, – кипятился тот. – Элементарный здравый смысл просто не позволит мне поверить, что я какая-то там спящая бабочка. .. Что, ты не знаешь эту историю? Вашу же, китайскую?Линь Чэнь подивился, что прагматичный адмирал, оказывается, слышал о духовных странствиях прославленного Чжуан-цзы, который в свое время, будучи смотрителем плантаций лаковых деревьев, изрядно надышался испарениями этого растения, отчего регулярно беседовал с цикадами и воображал себя бабочкой, обустроившей себе спальню в цветке камелии, третьем с краю пятой ветки.