Спасение не-рядового М.

Почувствовал прохладный воздух, овевающий чело, ощутил ровное сильное тепло в солнечной чакре и пронизывающие его тело потоки силы, вдохнул аромат кедровой хвои, запах свежезаваренного белого чая... Он уже услышал чириканье пичуг, звон бронзового колокольчика – а вслед за ними совершенно неуместный здесь сдавленный шепот:– Осторожно, не спугни! Держи его тепленького! Держи-и-и!!!В следующий миг Бенин почувствовал, как вокруг его туловища – небольшого (смотря, конечно, с кем сравнивать, но против габаритов церемониальных гвардейцев любой нормальный гем мелковат, надо смотреть правде в глаза), плотного, отлично развитого смыкается чья-то гигантская ладонь.

Генерал дернул... как выяснилось, крыльями, взроптал с басовитым гулением, но взлететь не получилось. Огромный человек с неуловимо знакомым лицом подтянул гем-голубя к себе поближе и внимательно заглянул в его клюв и перепуганный вытаращенный глаз.– Ты уверен, брат Май? – спросил почти-знакомец. Второй голос, искаженный временем, расстоянием и сонной реальностью, но настолько ожидаемый, что Бенин узнал его в единую секунду, ответил:– А ты много видел голубей с красно-черными узорами на голове? Эх, тебе бы послушать байки моего деда, тоже научился бы слету читать гем-грим!Заверив таинственного друга, что тот поймал кого следует (поймал?! Глава императорской службы Безопасности с усилием вытеснил эту мысль из своего рассудка, пока она не свела его с ума), говоривший появился в поле зрения Бенина. Барраярский лорд Аудитор Форкосиган, предполагаемый сообщник императрицы-Детоубийцы, как ее называли цетагандийские СМИ, был безошибочно узнаваем, хоть и выглядел сейчас не ахти. Да, барраярец не был и вполовину таким потрепанным, когда много лет назад Бенин вытаскивал его с корабля губернатора-изменника аута Кети. Глаза в красных прожилках белков, лицо осунулось, пальцы дрожат, губы такие синие, словно ему не хватает кислорода на этой чудесной, окутанной ароматом нагретой листвы горной вершине. – Какая необычная и интересная трансформация, – продолжал бормотать знакомый незнакомец, рассматривая добычу со всех сторон, отчего у гем-генерала отчетливо зачесались маховые перья – вероятно, как проекция желания как следует врезать бесцеремонному исследователю. – С чего бы это?– Может, птичьи гены, добавленные аутами кому-то из его прадедов? – бросил Форкосиган.