Спасение не-рядового М.

– Вот я как-то на Земле купил в магазине живой мех в подарок своей девушке, так меня предупредили, чтобы я его не перекармливал, а то он ночью на спящего заползет… У тебя не той же фирмы воротник? Тогда ты его передержал в микроволновке.

– Это нормально, – Мэй Чансу наконец улыбнулся. Такой улыбкой, после которой в баре обычно начинается драка, причем не за благосклонность улыбнувшегося, а единственно из желания начистить этому паскуднику физиономию. – Я уже близок к цели, осталось немного, а потом она заберет мою жизнь.

Таков уговор.

Ни черта себе заявочки! Майлз всмотрелся внимательней в этого хладнокровного суицидника, пытаясь отыскать в нем черты пылкого отважного паренька, которого знал если не очень долго, то достаточно близко. Но лица сяо Шу он тогда не успел увидеть за бинтами, а характер… Люди меняются.

А что, если… Тут Майлза осенила мысль, от которой он ожесточенно потряс головой, но, разумеется, не проснулся. Сон может шутить с человеком любые шутки, тем более волшебный сон, которых, если честно, не бывает.

Может, перед ним вообще не Линь Шу, а оборотень, отдаленно на него похожий? Ведь не прозвучало ничего вроде: «Я был сяо Шу, а теперь переименовался, но все равно это я, и я рад, что ты зашел». Вроде в мифах говорится, что обитатели волшебной страны могут дурачить людей, но не лгать напрямую, – только в каких именно мифах, эх, вспомнить бы! Надо будет взять этого затейника доктора Линя за грудки, встряхнуть и хорошенько расспросить. А сейчас только и оставалось, что переспросить тупо:

– Она? С кем это ты уговорился?

– Или оно, или они; я не знаю. С тем, кто послал мне цилиня. С богами, знаешь ли, не торгуются и имен на закладной не спрашивают. Само по себе это жалкое тело не протянуло бы столько лет, но теперь мне остается только завершить начатое и раздать долги.

Ха, жалкое тело. Не видывал ты, братец, жалких. И какими усилиями их врачи за волосы с того света тащат.

Линь Чэнь точно бы обиделся на такое замечание.

– Твой доктор наверняка возразил бы, что твое выживание – его заслуга.

– Не стану спорить. В конце концов, кто мы все, как не орудия в руках Небес? Даже такой насмешник, как Линь Чэнь.

– Что, и я?

– А почему нет?

Да, этот песцатый красавец не сильно походил на сяо Шу. И в своем оцепенелом ученом безразличии нравился Майлзу гораздо меньше того, прежнего.