Спасение не-рядового М.

Вопрос не из умных, но, собственно, почему бы джентльмену в отставке, с удовольствием принявшему на грудь хорошую порцию спиртного, хотя бы на этот вечер не дать отдых мозгам?

– А то! – воздел палец Майлз и с пьяной откровенностью поделился: – Мне иногда такие сны снятся... ух. Я вам не рассказывал, шеф. А теперь расскажу.

Он вальяжно устроился на диване, а Иллиан посмотрел на него совершенно умильно. "А то, расскажи, конечно, развлеки дядю Саймона. Тот тебе больше не начальник и не станет допытываться, о чем это ты умолчал прежде, почему и какие у тебя для этого есть оправдания".

– Я давно этого сна не видел, еще со времен СБ, – Майлз со вкусом зевнул. – Саймон, это ты на меня влияешь, да. Там во сне, понимаешь, такая штука есть – всеведущий информцентр в сказочном китайском антураже. Архивом называется. Отвечает на любой вопрос, воскрешает к жизни смертельно раненых, разбирается в подоплеке политических убийств и все такое. А сидят они в таком красивом здании с бамбуковыми стенами в прозрачную клеточку прямо на вершине горы; там вообще так все стильно сделано – даже у цетагандийцев в Райском саду не так красиво было.

В мозгу у Саймона Иллиана щелкнуло, и недостающий кусочек информации встал на место.

– Точно! – радостно произнес он. – Император Джияджа. А я-то мучился, на кого эта физиономия похожа, знакомых всех перебрал.

– Чего? – Майлз выпучил глаза. – Наши умники в СБ изобрели способ читать чужие мысли и смотреть чужие сны, а мне не доложили?

Они уставились друг на друга с явным и обоюдным подозрением "кто из нас кому снится сейчас?", но потом Иллиан помахал рукой у Майлза перед носом, и оцепенение с обоих спало.

– Я тоже смотрел этот голофильм, – объяснил он непонимающему Майлзу.

– Какой голофильм?

– Это ты мне скажи, какой, – Иллиан развел руками: – Сам понимаешь, я не могу вспомнить.

На физиономии Майлза немедля утвердилось стандартное выражение вины и неловкости, искусством вызывать которое у любого собеседника Иллиан овладел в совершенстве. Он немного потянул паузу и великодушно прибавил:

– Но отдельные кадры оттуда я все-таки помню. Там горы за окном и главная вершина со снеговой шапкой на бок – как берет у десантников на одно ухо. И у самого главного архивиста, этого, который на цета похож – веер. В такой-то холод.