Спасение не-рядового М.

И дать понять это любыми средствами!

– Мы уже несколько столетий не вели войну на истребление с государством, чья военная мощь по порядку почти сравнима с нашей, – хладнокровно заметил генерал Бенин.

– Но все же не равна ей!

– Я так и сказал, сир.

– Мы сможем залить плазменным огнем их столицу и сравнять ее с землей. Но опыт показывает нам, что в этом случае надо будет вычистить планету до голого камня, чтобы потом их мстительность не отлилась будущим поколениям. Мы могли повергнуть их, не уничтожая, когда они были дикарями – хотя и тогда была среди твоих собратьев по расе радикальная клика, намеревавшаяся сделать это и снять барраярский вопрос с повестки дня раз и навсегда… Тогда эти гемы оказались в конечном итоге казнены за измену, но сейчас я жалею, что они не преуспели.

Его жесткое бледное лицо сейчас казалось вытесанным из мрамора, только пятна полыхали на щеках.

– До чего только может дойти создание, называющее себя человеком! Посягательство на нерожденных детей и аут-консорта со свитой? Я знаю, барраярцы не щадят и своих собственных детенышей, мне знакомы ужасающие истории про то, как во время Великой войны они подкидывали тела новорожденных в расположение наших войск в качестве бомбы или нещадно уничтожали собственных женщин, несмотря на все декларации, что жизнь матери священна.

Но я полагал, что это людоедское поведение они избыли со временем. Зря полагал, выходит. Чего ещё ждать? Чтобы барраярские варвары обнажили свои ножи прямо в моем дворце и начали срезать наши скальпы себе на сувениры, как у них это принято?

– Но, ваше величество…

Император Цетаганды остановился на полушаге.

Глубоко вдохнул. Снова превратился из мечущего молнии небожителя в бледную статую. Обеими руками подобрал пряди длинных смоляных волос и откинул за спину.

– Это метафора, Даг Бенин, – произнес он сухо. – Выражающая степень моего возмущения. Не пытайся выглядеть тупым солдафоном, который этого не понял.

– Я понимаю, что вам надо излить свой гнев, сир, – признал генерал Бенин, – и готов предоставить для этого собственную склоненную голову.

В конце концов, речь идёт о пропаже груза, отправленного из Райского Сада, а значит, я действительно разделяю вину. Но когда он утихнет, я прошу вас отдать мне распоряжения, связанные с моими непосредственными обязанностями, чтобы я не терял ни минуты. Если вы пожелаете обрушить карающий меч на их народ, промедление ослабит нас.

– Так-то лучше, – проворчал цетагандийский император.